У двери послышался многоголосый шум. Заскрежетал замок, отпирая её. Надсмотрщики, все почти бывшие егеря, неспешно входили внутрь.
— Ещё не накрыто? Грязнокровка, о чем ты думаешь? Пошевеливайся живее, если через минуту на столе не будет еды, то клянусь, я сожру тебя саму на ужин вместо хлеба!
— Скабиор будет против, сдаётся мне, хе-хе.
Скабиор. Вот, значит, как его зовут. Теперь она знала. Это, правда, скорее всего была кличка, но все же.
— Это еще с чего?
— Он же её выбрал.
— И что? В лагере дополна девок, одной больше, одной меньше!
Егерь замахнулся было, чтоб шлепнуть её по заднице, но почему-то медленно опустил в друг руку и замолк. Подняв глаза, Гермиона увидела, что он стоял рядом, смерив второго егеря взглядом. Медленно отошёл и сел за стол.
— Я жду, красотка.
Остальные засмеялись. Высмеивать нерасторопность и прочие качества грязнокровок здесь не возбранялось. Она поднесла ему варево, миску с хлебом и поспешила уйти, лишь бы не встречаться с ним больше глазами, ощущая безотчетный страх и замирание сердца.