Главным его партнером был Рассказов, но предположение, что тот вдруг решил разделаться с Кириллом, старым своим другом, выглядело нелепым. Из-за чего Олег мог желать ему смерти?
Голова, будто свинцом налитая, болела безумно, и Кирилл решил отложить дальнейшие размышления на утро. Движением, уже ставшим привычным, он потрогал шишку на затылке и завел двигатель.
Утром Рябинкин позвонил в офис и сказал Олегу, что немного приболел, собирается отлежаться дома в течение двух-трех дней. Он и в самом деле чувствовал себя отвратительно, и не только из-за удара по голове. Немудрено, что все мышцы у него ныли, а в горле першило — пролежав столько времени на сырой земле под моросящим дождем, занедужил бы и слон.
Рассказов отнесся к его болезни с сочувственным пониманием, однако Кирилл уловил в голосе приятеля снисходительную насмешку: понятно, что это за болезнь! Отправил жену к родителям и решил отметить знаменательное событие, да так увлекся, что теперь не может сделать и шага из дома.
Все три дня, что Кирилл валялся на диване, пытаясь читать книгу или смотреть телевизор, его посещали самые разные мысли по поводу произошедших с ним неприятностей — начиная с неудачного купания в Черном море и кончая приключением на рельсах. Если, конечно, такой эпизод можно назвать приключением.
К концу этого незапланированного трехдневного отпуска у него появилось несколько идей, которые следовало еще хорошенько обдумать. Однако в процесс обдумывания вмешалась Оксана, нежданно-негаданно вернувшаяся домой к вечеру.
Кирилл был прав, предполагая, что она не высидит в Муроме и недели. Он взял из рук жены сумку и спросил:
— Чего ж ты, Ксюш, не позвонила? Я бы тебя встретил.
— Ничего страшного, милый, я замечательно и на такси доехала. Я звонила тебе в офис, и мне сказали, что ты заболел. Бедненький ты мой! — И она чмокнула его в щеку.
Непривычно ласковые интонации в голосе жены удивили Кирилла, равно как и то, что она позвонила почему-то в офис, а не ему на мобильный телефон.
Он видел, что Оксана, хоть и пытается выглядеть заботливой и нежной, чем-то сильно удручена, даже раздражена. Впрочем, это дело обычное: именно такой она чаще всего и возвращается от родителей. Наверное, опять поругалась с матерью, в каждый ее приезд в Муром между мамой и дочкой происходят маленькие родственные стычки. Теща, женщина упрямая и злоязычная, держала мужа под пятой и пыталась загнать туда же свою единственную дочь, но не вышло — нашла коса на камень. Кирилл знал, что Оксана и в Москву укатила сразу же после окончания школы во многом из-за матери. Ей хотелось самостоятельности, а рядом с родителями об этом невозможно было и мечтать.
Жена пошла в душ, потом, заглянув в холодильник, начала настойчиво интересоваться его здоровьем, но он отделался фразой: «Простыл немного, где-то просквозило, но сегодня уже все прошло». Она посмотрела на него недоверчиво, однако темы этой больше касаться не стала.
На четвертый день утром Рябинкин явился на работу, где сразу же и объявил, что летит в Карелию, чтобы договориться о прямых поставках пиломатериалов. Олег не удивился, так как они давно поговаривали об этой командировке, только засомневался:
— А стоит ли прямо сейчас? Ты что-то неважно выглядишь. И потом, ты же говорил о проверке на складах…
— Проверка немного подождет. А я чувствую себя великолепно, — возразил Кирилл. — И чутье мне подсказывает, что если я не улечу сегодня, то потом будет поздно. Упустим шанс.
Не удивилась и жена, когда вечером он рассказал ей о командировке в Карелию, лишь спросила:
— Надолго едешь?
— Нет. Туда и обратно. Думаю, за день обернусь, так что жди послезавтра.
Ее глаза удовлетворенно сверкнули, и Кирилл принялся гадать, к чему относится эта радость: к тому, что любимый муж оставляет ее совсем ненадолго, или к тому, что он, постылый, уезжает на целых два дня?
Оксана помогла ему собраться в дорогу и заметила, что завтра утром собирается к своему парикмахеру, а потом хочет прошвырнуться по магазинам.
— Не мешало бы сменить шторы в спальне, — пробормотала она, аккуратно укладывая в сумку бритвенные принадлежности мужа.
Рябинкин не считал, что шторы, купленные год назад, требуют замены, но возражать не стал. Если хочет, пусть покупает новые. Чем бы дитя ни тешилось — лишь бы не плакало!
Утром Олег предложил отвезти его в аэропорт, но Кирилл отказался, сказал, что его повезет Костя, водитель, он уже об этом знает.
В аэропорту Рябинкин отпустил водителя, а когда тот уехал, взял такси и поехал домой. На случай, если жена еще не ушла, он приготовил фразу о густом тумане, опустившемся на город Петрозаводск, и о задержке рейса на неопределенное время.