Но каков Олег! А ведь Кирилл нисколько не сомневался в дружбе человека, с которым знаком с юности. Как он, должно быть, ненавидит его, завидует ему, если решился на такое!
Тут он опять вспомнил давнишний разговор с бывшей бухгалтершей. Вот, значит, почему уволилась Ольга Артюхина! Она знала, видела то, чего не замечал он, но сказать об этом боялась. Наверное, она сразу раскусила Олега, поняла, что не стоит становиться у него на пути, потому что ради своей выгоды он пойдет на все, даже на убийство.
Теперь Рябинкин был полностью уверен, что тот, кто считался лучшим его другом и правой рукой, давно обкрадывает его. И плохого качества брус по высокой цене в магазинах — тоже дело рук Олега. Только он мог договориться с поставщиками так, чтобы они выписали по два экземпляра накладных: с настоящими и завышенными ценами. К желанию получить чужую фирму и чужую жену добавился и страх разоблачения.
Кирилл сел в машину и выехал со стоянки, прикидывая, у кого бы остановиться. Пусть его недруги и дальше думают, что он улетел в Петрозаводск.
Родственников в Москве у Рябинкина не было, кроме троюродной сестры, пятидесятилетней Валентины, с которой он практически не общался, да старой, выжившей из ума тетки, Валентининой матери. Он принялся перебирать в уме приятелей, у которых можно было бы пожить несколько дней. У одного жена и двое маленьких ребятишек, с другим он не виделся уже года три-четыре…
И все же, что эти двое собираются предпринять? Какой изощренный способ придумали, чтобы свести его в могилу?
Кирилл понимал, что Рассказов, мечтающий от него избавиться, не остановится ни перед чем. И Оксана в этом ему поможет. Жаль, что Олег не выложил свой план по телефону, по ответным репликам жены можно было бы понять если не детали, то хотя бы направление мыслей этого негодяя.
Зажегся красный, поток машин остановился.
Что же будет дальше?
Да все что угодно! Например, взрывное устройство, прикрепленное к днищу его машины. Или испорченные тормоза. Рябинкин четко представил, нет, даже не представил, а ощутил живо и явственно, как жмет на педаль, а она проваливается, и он на огромной скорости несется навстречу своей смерти, но ничего изменить уже не может.
Сзади просигналил автомобиль, и Кирилл, стоявший на перекрестке, отогнав жуткое видение, глянул на светофор: загорелся зеленый свет.
Глава 12
Альбину разбудил телефонный звонок. Незнакомый мужской голос, хриплый и неприятный, поинтересовался:
— Ты еще тут, куколка? Имей в виду: завтра с утра рабочие придут, начнут делать ремонт. В девять, самое позднее — в десять. Очень надеюсь, что ты уберешься до этого времени. Не создавай себе и нам проблем, ладно? Я ясно выражаюсь? — И, не дожидаясь ответа, мужчина бросил трубку.
Остатки сна мгновенно улетучились. Альбина сползла с кровати, накинула халат, сунула ноги в тапочки и поплелась в ванную умываться, думая о том, что у нее впереди еще целый день. И целая ночь. Наверное, такими словами утешает себя приговоренный к смерти.
Аппетита не было, и все же она пошла на кухню, чтобы сварить себе кофе.
Кухня выглядела так, словно по ней ураган пронесся. Понимая, что не сможет увезти мебель, Вадим перевернул все вверх дном. Дверца подвесного шкафа болталась на единственной петле, все горизонтальные поверхности были заставлены посудой и засыпаны крупами, на полу валялись осколки тарелок.
Порывшись в шкафчике, основательно разграбленном Вадимом, Альбина нашла банку с остатками молотого кофе, насыпала порошок в джезву, плеснула воды из-под крана и поставила на огонь.
Конечно, она может пойти в милицию или в юридическую консультацию, но что это изменит в данной ситуации? Завтра утром ее выкинут из квартиры, и куда, спрашивается, ей идти? На вокзал? В приют для бездомных?
Жаль, что тетя Зина уехала, какое-то время можно было бы перекантоваться у нее. А потом, возможно, что-нибудь бы да изменилось. В лучшую сторону.
Эта мысль заставила Альбину горько усмехнуться. С какой стати что-нибудь должно меняться к лучшему, если об этом никто не позаботится? Неужели она так глупа, что до сих пор верит в добрых волшебников?
Она снова вспомнила отца. Вот кто был для нее добрым волшебником! Только раньше она об этом не задумывалась, принимала его заботу как должное. А теперь уже поздно, думай не думай, плачь не плачь — отца не вернешь.
И почему так получилось с квартирой? Может, все это блеф? Но ведь она своими глазами видела договор, что ей показывала Татьяна Сергеевна, а также свидетельство из регистрационной палаты, на котором она успела прочесть фамилию нового владельца ее жилья. Какой-то Сергеев… Откуда он взялся, этот Сергеев? Неужели это тот, хрипатый, пугавший ее по телефону?