Тогда мальчик решил, что это избушка Бабы-яги, и, желая проверить свое предположение, подошел поближе в надежде увидеть смешные курьи ножки, топчущиеся в траве. Но только он приблизился, как скрипучая дверь неожиданно отворилась и из нее, пригибаясь, чтобы не стукнуться головой о низкую притолоку, вышел дядька с бородой и усами, одетый в старый коричневый пиджак, к полам которого прилипли хвойные иголки. В руке он держал сигарету. Его появление было настолько неожиданным, что мальчик не успел испугаться и застыл на месте с приоткрытым ртом. Заметив ребенка, смотревшего на него во все глаза, дядька тоже удивился, но быстро пришел в себя и добродушно, даже весело произнес:
— Привет. Ты кто?
— Я Артем. А ты?
Мужчина на секунду замялся, потом спросил:
— Ты меня не узнаешь?
— Узнаю, — кивнул мальчик серьезно. — Ты леший.
— Точно! — засмеялся бородатый. — Как ты догадался?
— Мама мне книжку такую читала. Там на картинке был такой же домик. И дяденька с бородой. И в лаптях. А у тебя почему кроссовки?
— Так я современный леший. В кроссовках удобнее.
— Понятно. А ты один в лесу живешь?
— Вообще-то нет.
— С Бабой-ягой? Она твоя бабушка?
— Нет, — улыбнулся в усы мужчина. — С другим лешим. Только его сейчас дома нет. Он в город уехал.
— Он твой брат, да?
— Нет, товарищ.
— Разве лешие ездят в город?
— Конечно. Это раньше, сто лет назад, они безвылазно сидели в лесу и выли от тоски, а теперь ездят везде. Дел полно.
— А какие у них дела?
— Всякие, — ушел от ответа Леший. — Скучные дела, тебе неинтересно будет про них слушать. Пойдем-ка лучше в дом, завтракать.
Артем бесстрашно шагнул в дом, ожидая увидеть кипящий на печи горшок с разными колдовскими снадобьями — змеиными шкурками, лапками лягушек и летучих мышей. В той книжке с картинками, что приносила ему мать, было написано, будто злые лешие заманивают людей в лес и устраивают им всякие пакости. Что, если этот Леший превратит его в ежика или, того хуже, в пенек? Мальчик поднял глаза на мужчину и внимательно посмотрел на него. Нет, бояться не стоит, ничего страшного с ним не случится. Хоть он и похож немножко на того, с картинки, голос у него совсем не злой, а глаза и вовсе добрые.
В домике была всего одна небольшая комнатка с крошечным окошком. Тема думал, что лешие любят спать на печи, однако вместо печи тут была маленькая железная печка-буржуйка, на которой мог уместиться разве что кот. Труба от нее выходила в форточку. И никакого горшка с кипящим колдовским зельем не было, а только одна большая алюминиевая кастрюля, от которой шел вкусный запах, да закопченный синий чайник со свистком.
У стены стояли небольшой квадратный стол, шкаф и металлическая двухъярусная кровать, застеленная двумя одинаковыми шерстяными одеялами темно-зеленого цвета.
— Садись сюда, — велел хозяин странного домика, придвигая табуретку к столу.
В домике было темновато, и мужчина зажег керосиновую лампу.
На завтрак они ели картошку с тушенкой, которую Леший выложил в две миски из большой кастрюли. Он достал из банки соленые огурцы, положил их на тарелки и порезал кружочками. Артем, наморщив лоб, прочел на этикетке: «Огурцы маринованные слабокислые».
— Точно. Маринованные, — повторил мужчина. — Очень люблю. А ты?
— И я, — кивнул Тема. — А еще помидоры соленые. Мама… — Он замолчал, не закончив фразы, и опустил голову, уставившись в свою миску.
Леший, видимо, не расслышал и сказал:
— А еще грибочки соленые очень вкусные. Но их пока нет. Осенью будут. Хотя можно в магазине купить. Теперь ведь жизнь совсем другая пошла, не то что двести лет назад, все в магазинах есть.
Все правильно, в магазинах есть все, а огорода у леших нет, в лесу слишком темно, солнца маловато, вот и приходится покупать маринованные огурчики в магазине.
— А что еще вы с братом… с товарищем кушаете, дядя Леший? — спросил мальчик, нацеливаясь вилкой на кружочек огурца.
— Что еще? Да разное.
— Лягушек?
— Ну что ты, Тема! — фыркнул Леший и снова улыбнулся в усы. — Какие могут быть лягушки, когда есть картошка, макароны, колбаса. Тушенка опять же. Грибы сушеные. Вот если ты останешься у меня до обеда, мы с тобой сварим такой вкусный суп из сухих грибов, пальчики оближешь!