Вдоволь налюбовавшись на эту чудесную утреннюю картину, Альбина отправлялась проверить, не появилась ли уже на грядках редиска и лук. А когда увидела несколько робких ростков, пробившихся из-под земли, обрадовалась так, словно выиграла в лотерею автомобиль.
Днем скучать ей было некогда — у нее появилось множество дел. Нужно было заботиться об огороде, котенке и мальчике, который ежедневно их навещал. Если его долго не было, она начинала волноваться и места себе не находила, все думала: может, он заболел; может, та женщина на иномарке неожиданно приехала и увезла его. И успокаивалась лишь тогда, когда хлопала калитка, а затем звонкий детский голос возвещал:
— А вот и я!
Но вечерами, когда деревню окутывала темнота и мальчик уходил домой, к «родственникам», а иногда, сбитый с ног усталостью, засыпал вместе с котенком на диване или прямо на полу, в Альбинину душу начинала закрадываться печаль и тревога. Она вспоминала прежние, счастливые времена, когда они жили вдвоем с отцом.
Потом являлись невеселые мысли о будущем. Что будет с нею дальше, когда пройдет лето? И что станет с нею, котенком и мальчиком, когда у нее закончатся деньги? Они ведь так быстро тают! Конечно, ей очень помогает тетя Нюра… Когда Максимилиановна узнала, что Альбина приютила котенка и заботится о заброшенном ребенке, она притащила в дом целую кучу овощей. И молоко от козы Фроськи стала носить чуть ли не каждый день, приговаривая: «Мальчику нужно молоко, а то будет карликом. Кальций — это все». Но ведь нельзя же вечно жить подаяниями доброй соседки?
Чтобы уйти от таких размышлений, девушка принималась читать, но ни классика, ни любовные романы, ни книга об огороде, которую она терпеливо и старательно штудировала, не спасали от тревожных мыслей.
Однажды, листая какой-то толстый глянцевый журнал, найденный в тумбочке под телевизором, Альбина увидела фотографию картины, созданной из лепестков цветов, листьев, колосьев. «Ах, как бы мне хотелось сделать такое!» — подумала она и стала читать длинную статью об искусстве флористики. Дочитав до конца, пришла к выводу, что при большом желании и наличии воображения сотворить такое не так уж трудно. Завтра же она отправится на луг, а затем в лес, чтобы набрать цветов, веточек, листьев, травинок. Если все это высушить, подкрасить, наклеить на подходящий кусок холста, а потом вставить в раму, получится, наверное, замечательная картина. Возможно, ничуть не хуже той, что в журнале. Жаль, что еще нет колосьев и ягод.
Мысль о картине просто захватила девушку, ей хотелось, чтобы поскорее настало утро, когда можно будет пойти в лес и приступить к сбору материала. Правда, у нее не было ни рамки, ни клея, ни красок, но ведь все это можно купить в городе. Хорошо, что она такая экономная и не растратила еще все до последнего рубля. Остальное у нее есть, ножницы, ткани, нитки и шелковые шнурки лежат в тумбочке, спасибо покойнице Сергеевне, Светланиной тетке. Вряд ли подруга рассердится, если Альбина этим воспользуется.
Уголек мирно посапывал в ее ногах, но сама она никак не могла уснуть, все думала и мечтала о картине из цветов и листьев.
С того дня, когда в ее руки попал журнал с фотографией флористической картины, Альбина больше не бродила по лесу бесцельно, отдаваясь тягостным раздумьям, но внимательно присматривалась к тому, что можно было бы использовать для своих работ. Видя какой-нибудь лютик, фиалку или лист изысканной формы, девушка представляла свою будущую картину так четко, словно она уже была исполнена. Очень помогал Тема — ему было известно, где растут крупные ландыши и где найти бархатистый, насыщенно-зеленый мох.
— Откуда ты знаешь, что это называется купавкой? — удивлялась Альбина, любуясь желтым цветком, который положил ей на колени Артем, когда они отдыхали, сидя на поваленном дереве.
— Леший сказал, — пояснил мальчик. — А там, видишь, растет? Это зверобой. Им можно лечить раны и ожоги. А вот эта травка — кисличка. Ею тоже лечат раны. Она кислая, попробуй. — И он протянул ей растение со светло-зелеными нежными листиками.
Альбина отщипнула зубами кусочек листа, он и вправду был приятно-кисленький на вкус. В памяти вдруг вспыхнуло воспоминание: они с мамой сидят на лугу, и она, тогда еще совсем маленькая девочка, собирает цветы и колосья, из которых мама плетет для нее роскошный венок.
Тема давал ей советы и по части композиции, поражая девушку своим чутьем и тонким вкусом. Откуда это у ребенка? Может, его мать была художницей?
Но спросить мальчика о матери она не решалась, боялась затрагивать эту больную тему.