Если верить Артему, тропа, ведущая в Кобылкино, должна быть где-то совсем недалеко. Но Альбина не только не приблизилась к ней, а, напротив, даже удалилась. Она блуждала по лесу, то находя, то теряя узкую звериную тропку, которая и завела ее в густую, непроходимую чащу, где деревья стояли сплошной стеной.
Наконец «джунгли» немного поредели, и идти стало легче. Однако усталую путницу подстерегала новая опасность — темнота.
Быстро смеркалось. Лес, такой приветливый и добрый днем, в призрачном сумеречном свете казался мрачным и враждебным. И звуки, наполнявшие его, были совсем другие, пугающие и резкие. Еще недавно в кронах деревьев весело щебетали птицы, дятел деловито барабанил по стволу, а в траве оживленно стрекотали кузнечики. А сейчас отовсюду слышались странные шорохи, тихие таинственные скрипы да гулкий стук собственного сердца, едва не выскочившего из груди, когда неподалеку вдруг тоскливо и пронзительно крикнула какая-то птица.
Теперь Альбина шла медленно и осторожно, внимательно всматриваясь в сумрак впереди себя. В висках ее стучало, сердце замирало от страха. Деревья, окутанные густым серым маревом, все теснее обступали ее. Они тянули к ней свои длинные ветви, старались хлестнуть по лицу, схватить за волосы; низкие колючие кустарники, корни, густые травы цеплялись за ноги. Но страшнее всего были юркие дрожащие тени, мелькавшие то тут, то там. Одна из них скользнула прямо под ногами испуганной путницы, и воображение тут же услужливо подсунуло образ ужасной лесной твари, маленькой, злобной, не похожей ни на одного из известных миру животных. По спине Альбины пробежал неприятный холодок, она остановилась и стала вглядываться в темнеющую вокруг траву. Что, если эта тварь подстерегает ее где-то рядом?
Но все вокруг было тихо и спокойно. Странное чудовище исчезло, не оставив после себя даже трепещущей тени.
А лес неожиданно замолчал, будто затаился. Смолкли все шорохи и звуки. И в этой внезапно наступившей тишине Альбина вдруг отчетливо услышала, как сзади, совсем близко, хрустнула ветка. Кто-то шел за ней следом.
Все страхи снова набросились на нее, впились в ее тело острыми ядовитыми зубами, и она бросилась бежать, не разбирая дороги.
Пробежка по лесу, погруженному во тьму, по силам разве что ночному животному. Ничего удивительного в том, что, не промчавшись и десятка метров, Альбина налетела на дерево и, чудом не выколов себе глаза, рухнула на землю, лишившись чувств скорее от ужаса, чем от боли.
Очнулась она от ощущения чего-то мокрого и прохладного. Незнакомый мужской голос произнес:
— Прошу прощения, но мне пришлось побрызгать на вас водой. Больше никаких средств под рукой не оказалось. Хотите пить? Это минералка.
Она приподнялась, ощутила возле своих губ горлышко бутылки, схватила ее обеими руками и принялась жадно пить. Вода потекла по шее, попала за ворот рубашки, что окончательно привело ее в чувство.
«Что я делаю тут, в темноте? И кто этот человек?» — с удивлением думала Альбина, пытаясь разглядеть маячившее перед ней лицо. Но было уже так темно, что она не могла хорошенько рассмотреть его, заметила лишь небольшую бородку и усы. Голос мужчины звучал озабоченно:
— Как вы себя чувствуете? Сильно ударились?
Тут она вдруг вспомнила, как услышала шаги за спиной, как побежала и налетела на дерево. Даже не касаясь своего лба, она чувствовала, что на нем вздувается шишка. Наверное, этот тип и шел за ней. Значит, это его она испугалась и побежала, пытаясь спастись от неведомой опасности. Ей вдруг стало стыдно за свое глупое поведение, и Альбина бесшабашно заявила:
— Ерунда! Не заметила в темноте дерева, вот и стукнулась немного. Но мне совсем не больно.
Альбина думала, что мужчина начнет расспрашивать, почему это она шляется по ночам в лесу, но он не проявил любопытства, только сказал:
— Ну что ж, я рад, что с вами все в порядке. Но негоже долго сидеть на земле, так можно и простудиться. Вставайте. Я провожу вас домой.
Он протянул ей руку, хотел помочь подняться, но Альбина, сделав вид, что не заметила этого, вскочила. И, тихо охнув, тут же снова опустилась на землю. Ноги не слушались ее, а правая еще и болела. Наверное, она ее сломала.
— Нога… — пробормотала Альбина и потянулась к правой ноге.
— Где болит? — заботливо спросил незнакомец, присаживаясь на корточки и осторожно касаясь пальцами ее лодыжки.
Она вздрогнула, но не испытала боли и поймала себя на мысли, что его прикосновения ей даже приятны. Спросила:
— Вы врач?
— Нет. Но кое-что понимаю. В вывихах и переломах. Приходилось сталкиваться. Здесь болит?