Глава 29
— Ну, что сказал врачи?
Люба вышла из палаты, в которой они со Ставром провели практически месяц, и сразу же столкнулась с отцом и матерью.
— Они исключили онкологию. — Люба без сил упала на кушетку возле двери и прикрыла глаза рукой. — Это был просто полип желудка. Достаточно редкое заболевание, как мне объяснили. — Она до сих пор не могла поверить, что все позади. Несколько дней назад состояние Ставра резко ухудшилось. В срочном порядке ему пришлось делать операцию. И вот сегодня пришли результаты биопсии. Полип… Не рак. Спасибо-спасибо-спасибо… Слезы заволокли глаза, но Люба стоически держалась. Муж очень переживал, когда она плакала. Поэтому да, ей ничего не оставалось, кроме как быть сильной. Ради спокойствия любимого мужчины.
— Ну, вот и хорошо, видишь? А ты переживала. — Мария шумно выдохнула и переглянулась с мужем над головой дочери.
— Да. За себя так, наверное, не переживала, — отстраненно прошептала Любовь.
— А надо бы! — встрял в разговор Аверин. — Что твоему мужику будет? Он, как бык, здоровый.
— Угу, — шмыгнула носом Люба. — Супермен. Напугал меня только.
— Ну, ничего. Испуг тебе пошел на пользу. Вмиг о собственных болячках забыла, — улыбнулся Валерий и неловко потрепал дочь по плечу. Люба сжала дрожащие губы. Кивнула. Все было действительно так, как говорил отец. Когда беда случилась со Ставром, сама Люба резко пошла на поправку. Наверное, даже Либман-Сакс понимал, что ей сейчас не до него. Отступил. И бабочка исчезла, напоминая о себе лишь шелушащейся кожей. Правда, лечение Любы все еще продолжалось. На двоих со Ставром у них была целая тумбочка лекарств. На нижней полке — ее, на верхней — его. Даже в этом у них была полная гармония. Дверь в палату медленно открылась, Люба вскочила и кинулась к Ставру, что замаячил на пороге:
— Ты зачем встал?! — требовательно спросила она, аккуратно поддерживая мужа.
— А ты куда пропала? — задал он встречный вопрос. Ну, все понятно. Ставр просто ее потерял. И не остановило мужа даже то, что после довольно серьезной полостной операции прошло всего три дня. Отправился на поиски. Он и в реанимации чудил. Так что, чему удивляться? Люба потерлась щекой о его небритые щеки, поцеловала за ухом, нисколько не стесняясь своей нежности.
— Ты спал, а мне захотелось кофе. Здесь вполне приличный кофе в автомате.
— А тебе разве можно? — нахмурился Ставр.
— Я ведь совсем немного…
— Все равно нельзя! — Мужчина на мгновение отстранился от жены, подал руку тестю, кивнул теще. Удивительно, но они проторчали в их области практически месяц. Нет, Аверин, конечно, отлучался в столицу, по мере необходимости, но всегда возвращался. Хотя Ставр бы и предпочел, чтобы тот не видел его слабости.
— Ну, считай, что ты предотвратил мое покушение на кофейный автомат. А теперь, пройдемте-ка, уважаемый, в палату.
— Мне нужно расхаживаться. Даже врач сказал… — принялся спорить с женой.
— Обязательно. Потихоньку.
— Ну, раз у вас все нормально, мы, пожалуй, поедем. Да, Маш? — хлопнул по коленям Аверин.
— Поезжайте, конечно. Вы и так здесь столько проторчали, — согласился Ставр. — Спасибо.
Аверин кивнул, снова пожал руку зятю. Мария с улыбкой наблюдала за обменом любезностями между мужчинами. Поймала Любин удивленный взгляд. Подмигнула дочери, кивнув в сторону мужа, и с намеком пошевелила бровями. Люба прыснула. Подошла поцеловать отца:
— Спасибо, папа.
Проводив родителей и, наконец, вернувшись в палату, Любовь помогла мужу устроиться поудобнее, и прилегла рядом. Он, конечно, храбрился. Но в том-то и дело, что только храбрился. Ставр все еще находился не в самой лучшей физической форме. Быстро уставал, и то и дело морщился, отказавшись по каким-то своим соображениям от нормального обезболивающего. Мотивация у Ставра была простая — он хотел находиться в трезвом уме, чтобы, в случае чего, контролировать ситуацию, но Любе об этом не говорил по понятным причинам.
— Не боли, животик, не боли… — колдовала женщина, целуя живот мужа прямо поверх бинтов. Ставр хмыкнул. Его смешила такая терапия. Обычно так матери ведут себя с детьми, а поскольку они уже определились, что останутся бездетными, Люба, видимо, решила переключиться на него. Ну и ладно, он от такого лечения в жизни бы не отказался, как бы глупо это не выглядело.
— Ну и как, он что-нибудь обещает? — хрипло поинтересовался мужчина, в попытке отвлечься от боли.