И вот тут у меня возникает один-единственный вопрос: от кого?
Явно, что от менталиста. Всем остальным эта глушилка до одного места. Но из близко знакомых менталистов у экс-Изюмова только Семеныч и я. И о чем это говорит?
Вероятнее всего, о том, что я ничего не знаю о своем отце. Хотя я кропотливо изо дня в день снимал его поверхностные воспоминания о лабораторных исследованиях, я вообще не обращал внимания на его светскую жизнь. А он ведь отшельником не был. Регулярно ездил в город и не всегда в сопровождении жены. Но тем не менее Глафира, пожалуй, единственная, кто мог бы хоть что-то рассказать об этой его стороне.
А расскажет ли? Нет, мы с ней в великолепных отношениях, но дело-то совершенно не в этом. Она попросту может не знать каких-то вещей. Все же Николай Алексеевич, как выяснилось, был довольно скрытным товарищем. Чего только стоит изобретенный им способ переброски души в другое тело.
Итак, еще раз. Менталист. А поскольку этот дар с некоторых пор считается в Империи запретным, то человек либо тщательно скрывает его наличие у себя, либо… он коллега дедули и Карпа Матвеевича.
Зайдем с конца. Вариант с коллегой. Хм, критики не выдерживает хотя бы потому, что раз там о чем-то осведомлены двое, то отсюда следует, что осведомлены и все. Все в курсе его похождений и обещаний. Игорь Семенович из этого тайны не делал. Единственная секретная вещь — это выпытанная им технология переселения души, которую дед клятвенно пообещал никому не передавать.
Отсюда следует, что менталист, которого опасается Гомиловский, свой дар от окружающих прячет. Кем бы мог быть этот человек? Вряд ли студентом, мне кажется. Скорее всего, Роман был с ним знаком еще в свою бытность князем Изюмовым. А из этого следует, что возраст нашего незнакомца минимум лет сорок, а может даже и больше.
Что еще? Этот человек, определенно, находится в столице. Более того, регулярно посещает Академию, а то и вовсе работает в ней, иначе бы у Гомиловского не было бы насущной необходимости так тщательно прятаться. Что еще? Мистер Х явно осведомлен о том, что Изюмов овладел запретной технологией переноса и вполне мог попытать счастья с кем-то из своих потомков.
И вот теперь вопрос вопросов. Роман прячется из-за того, что Мистер Х крайне неодобрительно отнесется к тому, что технология оказалась рабочей, и переселение произошло? Или же у него совершенно иной повод для нападок на Николая Алексеевича? Из разряда что-то клятвенно обещал, да не сделал? И это может быть проблемой даже с учетом его воскрешения в другом теле?
Хм, интересно, а дед тоже к таким же выводам пришел? Эх, жаль, что я был слишком сонный и не смог вовремя выцепить этот вопрос, а то бы еще вчера его обсудили.
И всё же, кто бы это мог быть? И какой дар помимо ментала у этого загадочного человека, способного напугать экс-Изюмова? А то, что второй дар есть, это к бабке не ходи, иначе ему в Академии делать нечего.
Кстати, а почему Гомиловский считает, что его точно будут искать, причем искать именно среди студентов столичного филиала? Бастарды Изюмова могли учиться где угодно. Опять же, понятие поиска подразумевает постоянное сканирование всех в надежде наткнуться на искомое. Не сказать, что это слишком затратно в плане энергии, но для менталиста, вынужденного скрывать свой основной дар, заниматься подобными вещами — палево. Если только он, конечно, не научился, как и я, максимально бережному считыванию поверхностных мыслей, которое не фиксируется никакими артефактами и не оставляет следов у реципиента. Но постоянный поиск в расчете на авось? Либо у Изюмова включился режим паранойи, либо дело куда серьезнее, чем кажется.
Я грустно улыбнулся. Вот какое мне дело до чужих тайн, спрашивается? Но любопытство теперь точно не даст мне сомкнуть глаз.
«Всё, папаша, я вернулся, — радостно сообщил мне Филин. — Ух, что там было! Просто огонь! Если захочешь, потом сброшу тебе самые ржачные моменты. Или хочешь, чтобы я тебя убаюкал? Так я это мигом организую».
«Подожди, малой. Ты говорил вроде, что дотягиваешься отсюда до квартиры Гомиловских. Можешь слетать и проверить: Роман дома? И какая вообще там атмосфера царит?»
«Айн момент!» — отрапортовал конструкт и понесся на разведку.
Почему я дал ему такое задание? Да потому что перед очередным разговором с дедом хотел представлять себе максимально полный расклад. Он сказал Гомиловскому, что тот нарушил договор, а значит, домой он больше не вернется. Но, положа руку на сердце, сколько раз дед менял свое решение на диаметрально противоположное? Я уже со счета сбился, честно говоря. Поэтому доверяй, но проверяй, как говорится.