– Знаешь, мне тут рассказывали некоторые люди, что доверять тебе не стоит. Мол, ты сильно падок на всё дорогостоящее. А мой металлоискатель не дешёвый.
Но, вопреки ожиданиям, Николай и бровью не повёл. Никаких признаков взволнованности, полная уверенность.
– И кто тебе это рассказал? Мужик с того дома? – Он указал на дом, расположенный после купленного Игорем участка, и скорчил гримасу. – Да он сплетник, хуже любой бабки в магазине. Плюс к этому у нас вражда: не сходимся в представлении мира. Вот и ляпнул что пообиднее. И ты сам сказал, что никому не можешь доверять, а ему, получается, доверился, да?
Игорь обернулся, но сделал это для того, чтобы скрыть взволнованность. С мужчиной он, конечно же, не общался – да он ни с кем не разговаривал в этом посёлке!
«Выкрутился, чёрт! А может, правду говорит?»
– Не знаю, кто из вас говорит правду, но факт: металлоискатель пропал, и главный подозреваемый – это ты, потому что ты единственный, кто знал, что он у меня есть.
– А ты на все сто процентов уверен, что я единственный? Мало ли кто из местной шпаны увидел и рассказал отцу или брату, а те и решили прибрать. В Утае такие люди имеются. А ты всех собак на меня спустил.
Игорь смутился и хотел что-то сказать в оправдание, но ничего путного не лезло в голову.
– Твои слова всё равно ничего не значат. Это просто слова. Ты всё равно главный подозреваемый.
– Подписку о невыезде на меня оформлять не придётся, потому что я никуда не выезжаю. Удачи в поисках.
После этих слов Николай развернулся и пошёл по дороге. Игорь смотрел в спину и думал: «Если обернётся, то точно что-то недоговаривает». Но тот ни разу не обернулся и когда поравнялся с небольшим продуктовым магазинчиком, Игорь выругался и поплёлся в дом.
...Николай Бурков, когда миновал магазинчик, решил, что пора посмотреть, стоит ли ещё непутёвый сосед на улице. Обернулся – тот скрылся.
Дорога пошла вниз. Николай шёл до тех пор, пока от их общего дома не осталось видно только крыша, потом спустился на траву и подбежал к задней стене магазина. Там лежала частично скрытая некошеной травой груда горбыля. Разгрёб и вытащил длинную металлическую аппаратуру. Да, это тот самый металлоискатель.
Увидел его Николай, когда сидел на лавке перед домом и рассуждал, где искать деньги на возмещение долга. Через пару дней ведь нагрянут и начнут выпрашивать, а не вся сумма набрана. В момент размышлений подъехал сосед на видавшей жизнь «хонде». Николай с интересом наблюдал, как тот достаёт из багажника металлоискатель и уносит во двор. План дальнейших действий сложился на уме в мгновение. Он подбежал к воротам и забрался на спинку скамьи, откуда видел весь двор и видел, где сосед запрятал аппаратуру. После этого вернулся к себе дожидаться ночи.
Когда часы показывали два часа после полуночи, через огород пробрался на соседский участок и без проблем выкрал металлоискатель. А потом спрятал вот в этом месте – всё же надёжнее, чем у себя, что подтвердилось десять минут назад.
При осмотре дефектов не обнаружил. Перекинул пояс через плечо, вышел на дорогу и побрёл дальше, надеясь на то, что сосед останется дома и не отправится следом. То есть, полностью положился на удачу.
III
Малая часть солнечного света проходила сквозь тёмно-серые шторы, поэтому в спальне царил полумрак. Тимофею Фадееву нравился такой антураж. Такой загадочный и очень возбуждающий.
На кровати, прислонившись к изголовью, сидела девушка; сквозь белую обтягивающую маечку проглядывались маленькие груди. Она мяла ладони между бёдер и следила, как Тимофей снимает мастерку, кладёт на комод, подходит к кровати и стягивает футболку. Она опустила взгляд на торс и неровно вздохнула – не зря упражняется по утрам. Он опустился и принялся медленно подбираться, как хищник на охоте; знала бы она, какими силами Тимофей сдерживается, чтобы не наброситься.
Девушка закусила губу и провела рукой по груди. Тимофей, проследив за этим мимолётным движением, чуть было не бросил все эти прелюдии и не поддался порыву чувств, но нашёл силы сдержаться. Без таких игр наслаждение не раскроется во всю мощь, а Тимофей не растворится в экстазе. Нужно побаловаться, разогреть партнёршу, чтобы она без всяких отталкивающих мыслей позволила завладеть собой и потом не жалела об этом.