На улице было ещё душнее. Она дошагала до машины Натальи, поставила покупки в багажник, после чего села (кое-как села) на заднее сиденье.
– Всё купила? – поинтересовалась Наталья.
– Почти.
– Что ещё?
– Овощи.
– Но…
– Поверь мне: лучше покупать их у людей на базаре, приехавших из деревень. По магазинам же развозят овощи, напичканные всякими химикатами и стероидами, чтобы они быстрее проросли и были больше. Ты же жила в деревне.
– Ну да.
– Вот и сравни помидор, выращенный тобой в огороде, и помидор из магазина.
– Магазинский крупнее.
– Правильно. Потому что они под химией росли. А на рынках вероятность такого мала. Там люди из деревень, где всё натурально, где выращивают без всяких добавок. Поверь: кому, как не мне, в таком разбираться, – заверила Анастасия и, как в знак подтверждения, хлопнула по животу.
(Наталья хотела возразить, что с определённым уходом и без всякой химии такие помидоры можно вырастить в обыкновенной теплице, но решила промолчать и пожала плечами.)
Наталья выкатила автомобиль на дорогу и погнала на рынок, где Анастасия купила помидоров, огурцов, пару стаканчиков ягоды Виктории, зелёного лука, укропа и листья салата; загрузила в багажник и вернулась на заднее сиденье.
– Всё?
Она утвердительно кинула. Наталья увидела это в зеркале заднего вида, завела двигатель, и подруги отправились за город.
VI
– …ты, если захочешь, можешь присоединиться.
– Я подумаю, – ответил Макар с тем же равнодушием, что и весь этот короткий разговор. – Спасибо за приглашение.
– Хорошо. Да… кхм… ну… в общем… э-эм…
Макар закатил глаза и повесил трубку. Это «э-э… кхм… э-эм» могло продолжаться долго, пока мысли, наконец, не сложат слова во фразу. Отец всегда заканчивал – или пытался закончить – разговор какой-нибудь напутствующей фразой или пожеланием. В общении с другими людьми это давалось легко. «Стремитесь не к успеху, а к ценностям, которые он даёт», – цитата какого-то известного человека, которую он любил повторять. Или банальное: «Здоровья вам и вашим близким». А вот с собственным сыном были постоянные запинки и заикания. Наверное, никак не мог решить, сказать «я люблю тебя» или нет.
Макару же это было ни к чему. Он заканчивал разговор, когда хотел, и прерывал связь, не дослушав собеседника, что сейчас и сделал. Он главный, кто бы ни звонил или кому бы он не звонил. Это должны знать все.
Или же нет – может, отец хотел произнести коронную фразу, которую постоянно твердил в детстве: «Когда-нибудь, я верю, ты изменишь этот мир»?
Не-ет, она осталась в прошлом, в том самом детстве. Отец не повторял её уже много лет, но та навсегда осталась в памяти Макара.
Если честно, то Макар был не против изменить этот мир. Дай только возможность, преобразует до неузнаваемости. Ленин с революцией и преобразованниями и Гитлер со своими идеями будут казаться мелкими людишками. Про их поступки будут вспоминать только старики где-нибудь на задворках. Попадись такая возможность… Но Макар лишь мелкая пешка в этом огромном мире, не способная что-то кардинально изменить.
А жаль. Очень, очень жаль.
Макар убрал телефон в карман и окинул взглядом улицу. Несмотря на прекрасный тёплый вечер, было безлюдно и тихо. Слышались только ленивые тявканья собак. Не было даже надоедливой шпаны, кричащей «я попал в тебя!» или «ты не попал в меня!». Он вздохнул и опустил голову.
«В общем, почему я звоню. Мы с Николаем Юрьевичем собираемся на дачу… э-э… к Аркадию и… э-э… отдохнуть. Ты знаешь, мы же все… эм… частенько там бываем. Сегодня будут и другие люди… э-э… побольше, чем обычно. Будет, например, Иван Михайлович… э-э… ты же его помнишь? Помнишь, конечно же, о чём это я… ну, в общем, если ты… если захочешь, можешь присоединиться».
Его отец, бизнесмен, и мэр города – хорошие друзья. Видятся и общаются не так часто, как им хотелось бы, поэтому раз в пару недель отправляются на дачу партнёра отца и наговариваются на месяц вперёд. Аркадий – так звали партнёра – построил на участке баню с предбанником, где можно отдохнуть после парилки и сыграть партию в карты. Остальной участок тоже подвергся изменениям: обновил гараж, где можно засесть и поизучать советскую технику, выкопал бассейн на заднем дворе, а в самом доме обустроил ослепительный интерьер.