Сделал шаг и влез!
Отступил — и всё равно влез!
Как ни крути. Куда не иди.
Из-за внезапного хохота, идущего из моих лёгких, всё моё тело содрогнулось. Я согнулся пополам, присел на корточки и начал дико ржать. Слёзы хлынули из моих глаз. Смех сменился криком.
Как же всё ЗАЕБАЛО! Мне захотелось выкинуть меч к ебеням, закинуть его за горизонт, запулить в космос и больше его не видеть, но сухие пальцы рукояти держали мою ладонь. Они как будто сжались. Или мне показалось… Может, это моя рука чуть распухла?
— Эй! — крикнули с дороги. — Иди сюда!
Кричал Амбал. Он стоял на краю дороги. Используя свои огромные ладони вместо рупора, он прокричал:
— Иди быстрее, а то надышишься!
Да, хорошая идея. Надо валить от сюда. Голова начала кружиться, затылок уже ныл. Сейчас бы таблеточку анальгина.
Встав на ноги, я сразу ощутил болтанку. Даже здесь, в горячих кишках, среди утрамбованных фекалий служивших мне источником энергии, мне стало дурновато. Нужно торопиться. Срочно! В таком состоянии можно утратить связь с сознанием Инги.
Я быстро пошуршал к дороге. Ноги заплетались, цеплялись за траву. Меня повело в сторону, и я уже был готов рухнуть в траву, но вовремя подставил меч. Лезвие вонзилось в землю. Я замер, оперевшись о меч как о трость. Мне хотелось дышать. Хотелось вдыхать воздух, свежий, без вязких примесей гноя. Хотелось втянуть в себя весь кислород, который только можно собрать на этой чёртовой планете!
Я делаю вдох, и тошнота подваливает к горлу. Я падаю на колени. Меня рвёт. Моя потная ладонь с легкостью выскальзывает из рукояти меча. Я вытираю пальцами свой рот, размазывая по лицу липкие комочки еды и внутренности слепня, оставшиеся на моей щеке.
— Иди к нам! — доносится до меня эхом крик Амбала.
Да, хорошая идея! Только нужно обо что-то упереться. Я подношу ладонь к сухой ладони меча, пытаюсь за неё схватить, но эта дрянь ускользает. Начинает вращаться! Теперь их две!
— Быстрее! Вставай! — продолжают кричать с дороги.
Да-да! Иду, мама… сейчас… ещё пять минут, и буду вставать в школу…
Веки быстро отяжелели. У меня хватает сил хлопнуть ими пару раз и всё… Больше они не открываются… Как же здесь тепло и уютно… Еще пять минут и я встану…
Мама, бля… я прошу… всего… пять… минут…
У меня приход…
И в подтверждение моим словам сознание пытается ускользнуть. Подло так, оставив меня на кровати в гордом одиночестве. Так просто не увильнёшь, сучка драная! От меня никуда не денешься! Я крепко схватился за образ поля, дороги и пары фигур, наблюдающих за моими беспомощными попытками встать на ноги. Сейчас, я встану… Сознание дёрнулось в сторону, чуть не выбив меня из седла. Затем еще раз. Но я уверенно сидел на коленях, держась за тугую верёвку, на конце которой вспыхивали, а затем поочерёдно затухали мириады солнечных лучей. Стало вдруг холодно. И очень жарко.
Это точно приход.
— Эй! — мужской голос ворвался в мой мозг. — Слышишь меня?
А потом этот же мужской голос у кого-то спрашивает:
— Она не повредила разум?
— Будем надеяться, что с ней всё в порядке, — ответил знакомый голос.
Успокойтесь, со мной всё заебись. Я пробую открыть глаза. Чуть разомкнув веки, яркий свет тут же ослепляет мой пробуждающийся разум. Становиться больно, но приходит понятие: если больно — значит живой.
— Инга, ты меня слышишь?
— Слышу, — хриплым голосом успокаиваю мужчину.
— На вот, выпей.
К моим губам прильнула прохладная кружка, а затем холодная струйка воды, чуть смочив мои губы, хлынула в глотку.
Я чуть не подавился. Закашлял, забрызгав себе лицо и руки спасителя.
— Давай еще раз, малыми глотками.
Холодная вода скользнула по языку и смягчила пересохшее горло. Еще глоток. Какая вкусная! Я выхватываю кружку из мужских рук и осушаю её до последней капли. Тонкие струйки текут с уголков моих губ, струятся по шее и впитываются в грязную повязку, что опоясывает мою грудь.
— Еще! — прошу я.
— Как ты себя чувствуешь?
Открыв глаза, я вижу Эдгарса, сидящего возле моей кровати.
— Могло быть и лучше, — говорю я, — если бы знала: где я, и что со мной произошло.
— Ты находишься в доме «Кожагонов». В кровати Севастьяна. По личному распоряжению Бориса тебя поселили в его комнату. Уж не знаю, за какие такие заслуги, но мне бы очень хотелось это узнать.
— Я…
— И мне очень хочется узнать, куда ты пропадала? Мы же договаривались, что утром я тебя встречу, и познакомлю…
— Эдгарс, — сказал мужской голос. — Как видишь, судьба свела нас, но познакомиться так и не представила возможность.