— Всё подтверждается. Девочка в больнице, восстанавливается после длительного приёма наркотиков.
— Ситуация, которую они описывают, слишком серьёзна, чтобы от неё отмахнуться. Нам придётся работать с ними. Временный союз, — объявила Мисс Ополчение. — В обмен на наше сотрудничество, Неформалы предоставят нам заложника.
— Как насчёт меня? — предложила Чертёнок с насмешкой в голосе.
— Кого-нибудь, за кем мы сможем следить, — сказала Мисс Ополчение. — Рейчел Линдт. Адская Гончая. Не изволишь ли ты пройти в фургон?
— Хуй вам, — ответила Рейчел.
— Это будет как граната с вытащенной чекой, — заметил Мрак, я кивнула, выражая согласие.
— И ты, и Рой обладаете слишком большими возможностями нанести урон в закрытом пространстве фургона. Сплетница опасна в другом смысле. Было бы проще, если бы мы лучше понимали принцип её силы… — Мисс Ополчение прервалась, рассчитывая на ответ.
— Без комментариев, — сказала Сплетница. — И моя очередь становится заложником уже была. Для протокола: это тоже без комментариев.
— Регент слишком опасен. Мы точно не знаем, сколько времени нужно, чтобы он достиг полного контроля, а наши данные указывают на то, что повторное получение контроля происходит мгновенно. Даже если считать, что мы управимся за один час или чуть больше, мы не можем быть уверены, что не наступит неожиданный кризис, во время которого Регент, оставаясь под охраной, сможет захватить над кем-нибудь контроль. Не говоря уже о возможности, что он приведёт Птицу-Хрусталь. Отделённая от собак Рейчел Линдт представляет наименьшую опасность и является наиболее уязвимым членом вашей группы. Это лучший вариант заложника.
— Она не согласится ни оставить собак, ни содержаться под охраной, — сказала я. — Лучше я пойду. Я могу сдать оружие и убрать всех насекомых.
— Рой, — сказал Мрак, — нет.
Мисс Ополчение скрестила руки на груди. Её это не убедило.
Я потянулась за плечо, медленно отстегнула отсек для инструментов. Сплетница помогла его придержать, и я сняла его и отвязала лямки от колец позади плечевых панелей. Она протянула его мне, и я выгнала наружу всех насекомых, которые были внутри. После этого я распустила насекомых, которые скрывались в гуще волос, под броневыми пластинами, под “юбкой” костюма, которая прикрывала прожжённые леггинсы.
— Ебать, сколько насекомых! — воскликнул Стояк. — Они, наверное, весят столько же, сколько она сама.
— Не так много, как кажется, — сказала я, повернулась к Мисс Ополчение и спросила: — Так подойдёт?
Она протянула руку к вогнутому, лопатообразному куску брони и её оружие превратилось в пистолет.
— Триумф, обыщи её. Все остальные — готовьтесь выдвигаться. Наручник, ты поведёшь мой мотоцикл. Я сяду в грузовик. Сталевар, Стояк, Флешетта и Крутыш — со мной.
Я подождала, пока Триумф грубо прощупал меня, пробежав пальцами по складкам и трещинам брони и за ремнём. Он обнаружил два листа бумаги, которые я сложила и заткнула туда, потряс их, словно ожидая, что там будет порошок, развернул и прочитал их, затем засунул обратно.
Я чувствовала, что должна что-то сказать ему, но не знала, что. “Прости, что напала на твою семью и чуть не убила тебя”? Звучало бы как издёвка.
Мисс Ополчение повела меня к фургону, и я пошла за ней, чувствуя себя необычайно лёгкой. Она открыла задние двери и жестом показала, что нам следует забраться внутрь.
Стояк и Сталевар сели слева и справа от меня, Мисс Ополчение, Флешетта и Крутыш — напротив. Крутыш занял своё место, и дверь захлопнулась.
Вокруг была всего горстка насекомых, которые могли определить их положение. Так мало, что я легко могла бы перепутать, кто есть кто, если бы не проявила достаточно внимания. Этим скудным набором насекомых я поверхностно просканировала обстановку. Никто в меня не целился, но Флешетта и Крутыш держали оружие на коленях: арбалет и лазерный бластер.
— Сейчас ты кажешься ниже, — сказал Стояк. — Высокая для девушки, но… невысокая.
— Ну извини, — сказала я.
— Ты избавилась не от всех насекомых, — заметил Cтояк, когда грузовик начал движение. Он смотрел в направлении комаров сканирующих кузов.
Он заметил.
— Не всех, — подтвердила я.
— Почему?
“Потому что я слепа и практически беспомощна без них”, — подумала я.
— По большей части это происходит автоматически, — ответила я вслух. — Я привыкла использовать их для анализа окружения, и сейчас это происходит само собой.
— Умник-один, — сказал Сталевар. — Потому что твои насекомые дают тебе столько информации, что ты становишься практически ясновидящей ближнего действия.