Пока тьма поднималась по его плечам и затылку, он оглянулся на неё. Глаза были полностью чёрные, а зубы слишком велики и искривлены, так же как и ногти, а ещё они сплетались между собой так, что он не мог открыть рта. Из-за этого его лицо искажено застывшим оскалом обнажённых зубов.
Он повернулся к ней спиной, закрыл лицо тьмой, расправил плечи. Поза была понятна. Он её защищал.
Похоже, этот будет полезен. Такими были и копии маленькой исказительницы пространства. Врождённая склонность к командной работе, дисциплина. Остальные трое были склонны сбегать. От них была польза, но они делали всё по-своему.
В руках её Мрака появились две сферы тьмы. Одну за другой он метнул их в девушку в белом. Первая прошла мимо, а вторая сначала, казалось бы, промахнулась, но извернулась в воздухе и ударила её сбоку.
Тьма больше походила на резину, чем на дым, героиня завязла. Мрак приблизился к ней, двигаясь над поверхностью дороги так же ловко, как и девушка в белом.
Тогда Ноэль увидела, что происходит. Ниточка тьмы едва ли в палец толщиной тянулась от сгустка липкой тьмы к её Мраку. Значит вот как он двигал свои снаряды в воздухе, вот как он копировал её силу.
Парень в броне создал разлом, по ходу движения которого из земли вырывались обломки. Он пытался разделить Мрака и девушку в белом. Случайно или намеренно он перерезал ниточку тьмы. Мрак Ноэль остановился, обернулся к Технарю, и в его руках снова появились сферы.
Этим двоим есть чем заняться. Ноэль повернулась посмотреть, как Трикстер разбирается с летающими кейпами. Двое ничком лежали на земле. Наверное, Трикстер подловил их и они подстрелили друг друга. У оставшегося героя было в руках оружие, но он не стрелял.
Эйдолон тоже был там. От него интересно пахло. Сложно, хотя в чём-то и неправильно. Если он и использовал какой-то определённый метод воздействия на Трикстера, Ноэль его не ощущала.
Трикстер покинул схватку с летающими героями, подсунув вместо себя одно из её созданий.
Она принюхалась. Он был посреди кучи тел, которые сгрудились у стены, созданной Технарём. Они набросились на него, хватали за руки и за ноги. Он непрерывно телепортировался, чтобы не дать им развить преимущество, но освобождение продвигалось слишком медленно.
— Оставьте его! — приказала она, и её голос оказался на удивление громким.
Они не послушались. Кто-то его ударил, его схватили за костюм и повалили на землю.
Трикстер кричал, пока груда клонов не погребла его под собой.
Ноэль направилась к своим созданиям, стараясь придать себе как можно более угрожающий вид. Земля колебалась от её шагов. Они заметили её и попятились назад.
Когда она приблизилась и остановилась в паре метров от него, Трикстер даже не вздрогнул.
Как было бы легко взять и обвить его языком. Поймать и поглотить.
Она подавила это желание. Вместо этого, она повернулась к Эйдолону и ещё одному летающему кейпу.
Трикстер поправил шляпу и посмотрел туда же. Вдвоём против всего мира.
* * *
— Дело не в тебе, а во мне, — сказала она.
Краус сложил руки на груди.
— Ты можешь хотя бы немного спихнуть вину на меня?
— Нет, — сказала Ноэль, качая головой.
"Если бы только я могла объяснить, если бы я… " — она почувствовала, как сжимается горло. Опасаясь, что голос дрогнет, если она заговорит вслух, она снизила громкость до шёпота и сказала:
— Ты замечательный.
Он развёл руками:
— Не понимаю. Я думал, что у нас всё хорошо.
Всё хорошо? Сколько часов она провела, лежа без сна в постели и переживая из-за их отношений? Ненавидя себя?
Из-за этого она сорвалась, и чтобы всё наверстать, ей предстоял длинный, трудный путь.
— Нет! — сказала Ноэль, — Ничего… ничего не получается.
— Да я не против. Мне нравится проводить с тобой время, и мне кажется, что тебе тоже было со мной хорошо.
— Но мы не... мы совсем не… — она потупила взгляд, — Мы в тупике. Это нечестно по отношению к тебе.
— Так вот о чём ты волнуешься?
“Только частично”.
— Не надо снисходительности! — сказала она и злость, с которой она это произнесла, удивила её саму.
— Нет. Всё нормально. Это круто. Я понимаю, что у тебя что-то происходит такое, о чём ты не хочешь мне рассказывать, — сказал Краус.
У неё перехватило дыхание. Марисса разболтала ему? Или он догадался? Наверняка было много подсказок.
Он между тем продолжал говорить:
— Я иногда похож на придурка, но я не идиот. И я не собираюсь вымогать из тебя откровения. Это твоё дело, и ты расскажешь мне обо всём сама, когда захочешь. Ну или не расскажешь.