Я продолжала действовать так, словно была слепа. По линзам моей маски, закрывая мне обзор, ползла сороконожка. Я приказала ей уползти.
Тектон хорошо управлялся со своим костюмом. Он был настоящим ходячим танком: широким и высоким, блестящего ржаво-коричневого цвета с медными вставками. Его глаза были укрыты в глубине, однако я заметила, что он изучает меня. Он ничего не ответил.
Я слишком поспешила с заявлением? Вела себя слишком самоуверенно?
— Это нормально — беспокоиться за него, — сказала я, и передо мной мелькнул образ Мрака, сидящего возле стены. — Но лучшее, что можно сделать для Лучеманта, это пройти через всё и остаться в живых, а когда всё закончится, ты сможешь вернуться к работе командира и найти кого-то, кто сможет помочь.
— Этим займётся Мирддин.
— Возможно, — сказала я. — Но ты и вправду хочешь доверить здоровье своего товарища руководителю? Разве не лучше будет заняться этим самому?
— Я полагаюсь на Мирддина, если только у меня нет причин в нём сомневаться, так я чувствую себя спокойнее, — ответил Тектон. — Всё это, всё происходящее, вся наша организация не будет работать, если не будет взаимного доверия.
— Ладно, — ответила я. Его ответ застал меня врасплох. Я как-то оказалась не готова к тому, что Тектон настолько верит в своё руководство. Трудно сказать, в чём причина: в моём собственном искажённом взгляде на мир или в наивности с его стороны. Даже, если права была именно я, не стоит пытаться убедить его. — Ты сам выбираешь свой путь. Прости, если пытаюсь навязать своё мнение.
— Всё нормально, — сказал Тектон. — Это не столь важно. Наша работа — всего лишь убедиться, что ты и твоя команда не создаёте проблем.
— И мы с ней не справились, когда выбросили браслеты и разрешили им приблизиться к Эйдолону, — заметила Грация.
— Я получил нагоняй, — сказал Тектон.
— Я вскользь упомянула об этом Мисс Ополчение, — сказала я. — Лучше говорите прямо, что это мы вас подбили. Скажите, что это я.
— Нет, — сказал Регент. — Валите всё на меня.
Я посмотрела на него, и он пожал плечами:
— Просто хотел принять участие в веселье.
— Ты предлагаешь мне обвинить тебя, даже если это будет означать приказ о вашей ликвидации? — спросил Тектон.
— Я бы предпочла обойтись без этого приказа, — ответила я.
— А я бы предпочёл не быть косвенно причастным к твоей смерти, — сказал Тектон. — Думаю, остановимся на этом.
"Возможно, это к лучшему", — подумала я и сказала:
— Давайте обсудим стратегию и приоритеты. Тектон, тебе что-нибудь нужно? Снаряжение? Время на подготовку?
Он покачал головой.
— Нет. Нужно время почистить броню и проверить её работоспособность, это всё.
— Сука, — спросила я. — Собаки в порядке?
— Нет, но им станет лучше, когда они вырастут.
Я взглянула на собак. Они были в два раза больше своего нормального размера, под отвердевшей кожей, покрытой костяными крючками, перекатывались бугры мышц. Они могли двигаться, это хорошо. Я посмотрела на остальную группу, пытаясь учесть все переменные:
— Регент, ты чувствуешь Птицу-Хрусталь?
— Чувствовал, но после того как металлический паренёк выдернул меня, было слишком дерьмово, чтобы я смог что-то с ней сделать. А когда мне стало лучше, она исчезла.
— Что это значит?
— Она либо далеко, либо мертва, либо внутри Ноэль.
— Внутри Ехидны. Это было бы ужасно, — сказала я.
— Это вполне возможно, — сказала Сплетница. — Она могла бы на это пойти, просто, чтобы усложнить нам жизнь.
— Есть идеи, как может измениться её сила? — спросила я.
Сплетница пробежала пальцами по волосам, стряхивая какой-то мусор.
— Нет. Кажется, у каждой силы есть некоторая стабильная суть, допускающая некоторые отклонения. Для Висты это всегда искажение пространства. Для Мрака — тьма. Для Птицы-Хрусталь наиболее вероятны три варианта: стекло, звук либо макрокинетическое воздействие какого-либо рода.
— Блядь, — сказал Тектон. — Удар в масштабах города, нанесённый не стеклом, а чем-то другим?
— Дерево, металл, асфальт… — предложила Сплетница. — Если судить по тому, как кинетическая составляющая её исходной силы способна для увеличения радиуса поражения использовать проводимость окружающих объектов, то можно ожидать, что она протянется так далеко, насколько сможет, а затем устроит взрыв, охватывающий огромную площадь. Полный хаос.