Я начала рисовать стрелки и буквы.
В сотне различных мест я вывела букву "Е" и стрелку, указывающую в направлении Ехидны. Над самой Ехидной насекомые летали горизонтальными и вертикальными кругами и восьмёрками. Формировались слова и буквы. Ехидна, Шевалье, Мирддин. Э-э-э, сколько “д” в этом слове? Одно или два? Я не могла вспомнить.
Тряхнув головой, чтобы привести себя в тонус, я попыталась сосредоточиться, отдавая всё внимание основному месту битвы.
Ехидна бросилась на Мирддина и сопровождавших его героев. Он нарисовал что-то посохом в воздухе. Насекомые почувствовали вибрацию, увидели размытое пятно вспышки света.
Нарисованный знак взорвался в сторону Ехидны, ударив её в правый бок. Этого оказалось достаточно, чтобы она сбилась с курса и плечом впечаталась в угол здания. Её тело пропахало стену, и, чтобы выбраться из-под завалов, ей пришлось остановиться.
Шевалье направил на неё свой пятиметровый пушкомеч и нажал на спусковой крючок. Сверкнула вспышка, и пушечное ядро поразило прямо между глаз одну из чудовищных голов Ехидны. Я смогла оценить степень повреждений через зрение насекомых, которые зафиксировали фонтаны крови.
Подобная степень сосредоточенности на насекомых безумно утомляла. Ощущение моего собственного тела давало сбои. Я неосознанно обновляла положение стрелок, чтобы герои могли двигаться в сторону Ехидны, кроме того я должна была держаться поближе к Козлу Отпущения, а также хотела знать, где Сука и остальные. Атлант следовал моим бессознательным командам, однако это приводило к тому, что я опасно отдалялась от Козла Отпущения. Нужно быть осторожнее.
Стрелки, которые я рисовала для каждого из героев, делали своё дело. Теперь они целеустремлённо двигались в сторону Ехидны, фургон с Козлом Отпущения тоже ехал в нужном направлении. Я уловила, как капитаны отрядов раздают приказы. Какой-то кейп, способный говорить на расстоянии, передавал информацию Мирддину и Шевалье.
Я обнаружила Сплетницу, однако та не стремилась в сторону места схватки. Она добыла себе мобильник и непрерывно что-то в него говорила. Я разобрала только часть — не могла уделять ей слишком много внимания. Что-то про Ноэль.
У Шевалье и Мирддина получился эффективный дуэт. Сила Шевалье делала его броню практически непробиваемой, а его пушкомеч огромным. И то и другое было, во много раз больше и плотнее, чем должно было быть, при этом он всё равно мог обращаться с ними так, будто они сохраняли нормальный размер. Он играючи рубил мечом, а когда улучал момент — бил кулаком в рукавице. Каждый раз эффект был гораздо сильнее, чем можно было ожидать.
Тактика Шевалье весьма напоминала Фенью и Менью, только вот тут изменялся не он сам, а снаряжение, кроме того, он был более непредсказуем.
Мирддин, со своей стороны, сочетал разнообразные методы атаки и чистую мощь, нанося опустошительные удары. У него был целый набор трюков, которые он без малейшего промедления использовал один за одним. Ехидна выплюнула поток тел и жидкости, и Мирддин нарисовал тёмный знак в воздухе, засосавший летящий поток. Я почувствовала, как Шевалье и Тектон, чтобы их тоже не затянуло, вонзили своё оружие в ближайшие твёрдые поверхности, а также удержали ближайших союзников, которые сами не были на это способны. Моих собственных насекомых тоже затянуло в щель, и они мгновенно погибли в потоке мусора и обломков, что мгновенно сделало зону схватки моей слепой зоной. Когда новые насекомые залетели туда, я успела увидеть, как Шевалье, не давая Ехидне передышки, наносит по ней несколько могучих ударов и выстрелов из пушки. Когда Ноэль попыталась его растоптать, он бросился в боковой проулок, а Мирддин выпустил всё вещество, которое он недавно засосал, в виде концентрированного снаряда из слизи, мусора, раздавленных тел и мёртвых насекомых.
Наверное, самым сильным в партнёрстве этих двух героев было то, что они отлично дополняли и усиливали друг друга. Дальнобойные герои свободно атаковали на расстоянии, эти двое дрались врукопашную, а герои вроде Тектона обеспечивали дополнительную поддержку, уничтожая опору под ногами Ехидны. Конечно, сейчас она выросла настолько, что Тектон не смог бы снова поймать её в ловушку, но заставить её оступиться или обрушить на неё куски бетона с соседних зданий было в его силах.
Триумвират летел прямо к Ехидне, и Легенда сделал первый ход, выстрелив лазерным лучом, который я смогла увидеть с расстояния в три квартала. При этом он убил некоторую часть насекомых, которыми я рисовала слова. В этом было столько же моей вины, сколько и его.