— Это всё ещё не исключено, — сказал какой-то кейп.
— Конечно, теоретически, — сказала Сплетница. — Но теперь у нас есть две возможности. Либо мы разносим новости, и вокруг этой маленькой простой дверки возникает целая отрасль промышленности по обмену и торговле между мирами, исследованиям, куче других вещей. А жители города, которые мирились со следующими одна за другой катастрофами, теперь получают работу, восстановленные дома и, в конечном счёте, свой второй шанс.
— Или мы держим это в секрете, — закончила я её мысль. — И ничего из этого не получаем.
— Или мы держим это в секрете, — согласилась Сплетница. — Делаем, что хочет Александрия, и все держат рот на замке, как обычно и поступает большая злая секретная организация.
Я видела, как кейпы вокруг нас прислушиваются. Десять-пятнадцать кейпов из городов по всей Америке и Канаде.
— Ты понятия не имеешь, что делаешь, — сказала Александрия.
— Кидаю вам подлянку?
— Ты ставишь на кон всё. Всех нас, весь этот мир. Даже если отбросить шансы на первую межмировую войну…
— Предательница! — закричал кто-то из задних рядов, обрывая её.
Александрия повернула голову и попыталась установить виновника. У меня возникло впечатление, что она не привыкла к тому, что люди оскорбляют её. Вокруг появилось больше кейпов. Подошла Мисс Ополчение, хотя и продолжая следить за местом, где зажали Ехидну. Грегор-Улитка вёл к нам связанных Солнышко и Баллистика.
— Не могу не согласиться с Александрией, — сказала Трещина. — Это безрассудство.
— И довольно изрядное, — согласилась Сплетница. — Но я не уверена, что ты знаешь всю историю. Я и сама слышала её из вторых рук, ведь я была с вами с тех пор, как прибыл вертолёт. Когда мы в последний раз встречались с Тритоном, вы, кажется, искали информацию о Котле. Всё ещё ищете?
Глаза Трещины сузились:
— А что?
— Не позднее чем пять минут назад злой двойник Эйдолона принял на себя полную ответственность. Триумвират, большая часть высших постов Протектората, похищали людей из других вселенных, проводили над ними эксперименты, чтобы улучшить рецепты, дающие силы, и потом скидывали их здесь. Это чтобы помочь тебе понять, почему на Александрию так косо смотрят.
Трещина взглянула на Александрию:
— Как-то слишком просто выяснить всё вот так.
— Это ещё не всё, — сказала Сплетница. — Даже не половина. Но это поможет тебе подумать о том, стоит ли тебе принимать её сторону или нет.
Трещина нахмурилась:
— Это… Это не значит нет. Может она и человек за кулисами. Пусть так. Но это не отменяет того факта, что она может быть права. Лучше бы Лабиринт нашла нам другой мир. Может быть такой, где с той стороны дорогу преграждает гора, раз уж мы не можем совсем закрыть портал.
— Зачем быть такой благоразумной? — спросила Сплетница. — Это худшее из двух вариантов.
— Зато не война, — возразила Трещина.
— Остановитесь, — сказал Шевалье. Люди разошлись, давая ему дорогу на площадку. — Есть и другие проблемы. Сделка, которую мне описали, состоит в том, что Скитальцы сделают всё, что в их силах, чтобы устранить Ехидну. Если же у них не получится, мы находим способ переместить её через разрыв туда, где она не причинит вреда. Это первоочередная задача.
Послышался одобрительный ропот.
— Хочешь вернуться домой, а, Солнышко? Б-мэн? — спросила Сплетница. — Генезис? Оливер?
Баллистик, Генезис и Оливер глазели на окно. Солнышко помотала головой.
— Что?
Солнышко заговорила:
— Я… наверное, это больше не дом. Я — уже не я. Мы не сможем вернуть всё как было. Я убивала людей. Случайно, но убивала. У меня есть силы. Если я отправлюсь туда, то уже не буду Мариссой. Я буду… Солнышко. Я буду знаменитой. Если кто-нибудь про меня узнает или что-нибудь проскочит в тех новостях, что ходят между мирами…
— Им не обязательно знать, — сказала Сплетница.
— Я… я не знаю, смогу ли я.
Я подала голос:
— Это ты сейчас о возвращении домой или об убийстве Ноэль?
— Она моя… была моей лучшей подругой.
— Это уже не Ноэль, — сказала я.
Солнышко покачала головой.
— Иди, — сказала Сплетница. — Она не хотела бы оставаться такой. Сделай это и отправляйся домой. Обнимешь мать, придумаешь ложь, объясняющую твоё отсутствие, и вернёшься к нормальной жизни. Никогда снова не используй силы, если этого не хочешь. Посмотрим, может быть ты сможешь убедить себя, что ничего этого не было.