— Что насчёт Легенды? — спросила Мисс Ополчение.
Александрия подняла голову и посмотрела на Легенду, неподвижно висящего в воздухе.
— Он был в курсе только самых основных вещей. Что Котёл продавал силы, но не как их тестировали. Он не знал, что мы связаны с Девяткой.
— Он оправдывал вас, — сказала Мисс Ополчение. — Лгал. Мы можем доверять ему не более чем вам.
— Я знаю. Но что он будет делать дальше, зависит исключительно от него. Я говорю вам только то, что известно мне, Легенда не был посвящён в дела, которыми занимались я и Эйдолон.
— Этого недостаточно, — сказал кейп. — Вы совершали преступления против человечества. Вас, ублюдков, нужно судить.
— Сделайте это и заплатит весь мир. Каждый кейп попадёт под подозрение, как со стороны других паралюдей, так и со стороны общественности. Команды распадутся, вера угаснет, и я искренне сомневаюсь, что в таком состоянии мы переживём две следующие атаки Губителей.
Повсюду вокруг меня кейпы обменивались взглядами. Я слышала рассерженный ропот, мой рой чувствовал, как в гневе сжимаются кулаки.
— А пленники? Люди, которых похищал из других миров Котёл? — спросила Мисс Ополчение.
— Все, у кого есть высокий допуск, знают, что количество людей с мутациями значительно сократилось. Мы прекратили эксперименты.
— Или это вы так говорите, — вмешалась Сплетница.
— Так я говорю. Скажешь, что я лгу, Сплетница? — сказала Александрия.
Сплетница покачала головой.
— Вы в нас нуждаетесь, — сказала Александрия. — Если не ради помощи, которую мы можем оказать против угроз S-класса, то ради образа, ради идеи. Я верю, что каждый из вас достаточно благоразумен, достаточно здраво мыслит, чтобы это понимать. Вы можете ополчиться против нас, но уверяю, это того не стоит.
— А Котёл? — спросил кто-то.
— Как я уже говорила, мы только лишь участники. Если вы попытаетесь преследовать их и судить за то, что случилось с пленниками — на здоровье. Только знайте, что мы вам помочь не сможем. Мы не можем предоставить вам доступ или информацию, они вне вашей досягаемости, а в свете последних событий, они и вне нашей досягаемости.
Я чувствовала оцепенение. Она была всем, что я презирала. Представителем власти, общественного института, обладающая неприкосновенностью и злоупотребляющая положением. Повсюду вокруг меня я слышала разъярённые голоса, старающиеся перекричать других. Среди них был Шевалье. Мисс Ополчение стояла тихо.
Сплетница молчала, как ни странно.
— Я… — начала было я, но голоса меня заглушили.
Мой рой зажужжал. Люди вздрогнули и подскочили, когда насекомые пришли в движение, покинули места, где я их прятала под пластинами брони и налокотниками.
Я выступила из толпы к Александрии, затем повернулась к ней спиной, лицом к кейпам. Так много взглядов, направленных на меня.
— Она права, — сказала я, подкрепляя свой голос гулом роя.
Голоса взорвались осуждением и снова я использовала рой, оглушительно жужжа, пока все не затихли.
— Я не мастер говорить на публике, так что буду краткой. У меня долгая история отношений с Протекторатом и предостаточно причин их не любить. Я бы не стала тем, кто я есть, если бы не они, и это не похвала, совсем нет. Но Александрия права. Не о Котле, не об экспериментах на людях. Про это я ничего не знаю. Но она права в том, что нам нельзя принимать опрометчивые решения. Прежде чем делать выбор, обговорите это всё в своих командах. Возможно, разные капитаны команд и отрядов должны договориться, найти единогласное решение. Не знаю. Но… не позволяйте гневу толкать вас к поспешным решениям, которые в итоге ударят по всем. Пожалуйста.
Прошла секунда.
— Ты же не из СКП, да? — спросил кейп.
— Нет, — сказала я.
— Так что тебе не придётся вставать завтра утром и идти на работу, делая вид, что всё нормально?
— Нет.
— Работать рядом с кем-нибудь и гадать, не солгали ли они о своём триггере? Что они, возможно, купили себе силу в бутылке, купили средство, которое какие-то психопаты, — он выплюнул это слово в Александрию, — сделали только потому, что решили поэкспериментировать на невинных людях и продать результаты ради выгоды?
— Нет. Мне не придётся так гадать.
— Так какого хуя ты сейчас выходишь и говоришь нам что делать?
— Успокойся, Поединщик, — сказала Мисс Ополчение.
— Всё хорошо. Вы правы. Это не моё место. — сказала я и посмотрела на Мисс Ополчение и Шевалье. Стояк стоял лишь чуть позади них. — Спасибо, что выслушали. Удачи.
Ко мне подлетел Атлант. Я подтянула к себе насекомых и взлетела, поднявшись довольно высоко в воздух и укрывшись в массе роя, прежде чем замедлить полёт и принять сидячую позу.