Тем временем мой рой расправлялся с Крутышом. Он потянулся к оружию, но насекомые уже воспользовались шёлковой нитью, привязав оружие, и Крутыш не смог вынуть его из кобуры. Суховей, в свою очередь, изо всех сил пытался уничтожить обманки. Большая часть моего внимания концентрировалась на них, создавая множество правдоподобных деталей, размещая фигуры так, чтобы казалось, что я могу быть в любой из них, и направляя их по разным сторонам, чтобы он не мог устранить больше, чем одну за раз.
— Тейлор, — прошептала Шарлотта. — Если они знают, кто ты, то они знают всё. Они снова найдут тебя или покажут твоё лицо в новостях.
— Если они это сделают, это нарушит несколько неписаных правил. Особенно, если они узнали мою личность, во время ситуации с Ехидной. Для них непозволительно наказывать злодеев за помощь в борьбе с серьёзными угрозами. Значит, в следующий раз кто-то уже не придёт, а им нужна вся помощь, которую они могут получить. Правда сейчас, по крайней мере, они могут сказать, что я вторглась на нейтральную территорию.
Объяснение мне самой показалось слабым.
— Это бессмысленно, — прошептала Шарлотта, озвучивая мою мысль. — Нарушать неписаные правила здесь, в школе, с таким количеством потенциальных заложников…
— Я думаю, — ответила я, — всем известно, что Протекторат разваливается. Легенда ушёл, Эйдолон объявил, что сам уйдёт, как только всё устаканится, глава СКП подала в отставку, ушла целая куча рядовых членов, а также Сталевар и многие другие кейпы-чудища. Возможно, верхи требуют какой-нибудь победы, чтобы напомнить людям, зачем существует Протекторат.
А что для этого может быть лучше, чем устранить подростка-суперзлодея с жутковатой силой, который возглавляет команду, захватившую город?
— Но в школе?!
У меня больше не было догадок. Я предпочла сконцентрироваться не на ответах, а на бое снаружи.
Приближение к Суховею убивало моих насекомых с такой же лёгкостью, как и его дальнобойная атака. Мне нужно было нападать издалека, а поток грязи и мелких камней, насколько я могла судить, ничего не давал.
Я перешла к тактике, которую придумала, сражаясь с Ехидной. К ней, как и к Суховею, было сложно приблизиться. Но в отличие от Суховея, она была слишком большой, чтобы её связать.
Пауки выпускали шёлковые нити и сплетали их друг с другом, создавая протяжённые шнуры, длиной около пятнадцати метров. Общими усилиями десятков летающих насекомых, половина из которых хватала один конец, половина — другой, шнуры полетели в направлении Суховея, так, чтобы он оказался посередине.
Затем насекомые, державшие концы, продолжили движение вперед, удерживая натяжение шнуров, и кружили вокруг него, одни летая по часовой стрелке, другие — против. Таким образом, они обматывали его по рукам и ногам.
На нем болталось уже пять таких шнуров, и когда я закончу, он будет обездвижен.
Суховей продолжал двигаться вперед и нападать на мои обманки. Когда он проходил мимо столба с указателями, я поспешно приказала насекомым закрепить веревки вокруг опоры. Шнуры натянулись, верёвки обвились вокруг тела, и он упал. Он изо всех сил пытался освободиться, но было похоже, что он не скоро будет на ногах.
Крутыш извивался в грязи. Двое готовы.
По поводу двух других, я была уверена, что справлюсь, если потребуется. Я не до конца понимала, что делает перчатка Стояка, но догадки были. А броня Адаманта просто умоляла, чтобы сквозь звенья цепей на доспехах были продеты шёлковые нити.
Насекомые обшарили сумку и броню Крутыша. Скопления из наиболее крупных и сильных из них, орудуя шёлковыми шнурами, помогли лишить его различных технарских примочёк и инструментов. Его смартфон, какой-то цилиндр с тумблером спереди и кнопкой сверху, шар с отверстием в центре, с винтообразной нарезкой и электрическими разъемами на внутренней стороне. Было ещё два устройства, похожих на камертоны, с зубцами, которые вились друг вокруг друга, не касаясь, и проводами под рукоятками. Насекомые проползли по ушам, вытащили и унесли наушник.
Лишив его всех инструментов, которые я только смогла унести, я оттащила их подальше. Я успокоилась только когда стала уверена, что он не сможет использовать их против роя или против меня. Я позволила насекомым улететь в том же направлении, куда ушли мои обманки, словно я совсем покинула это место.
Крутыш стоял, плотно закрыв рот, и издавал сдавленные звуки. Суховей был далеко, а телефон я забрала. Чтобы связаться с остальными или с базой, у него был только один вариант. Он направился назад в школу.
Я ждала этого. Насекомые вырвались из карманов, промежутков между доспехов и из-за его спины. И вот его запястье уже привязано к ручке двери.