— В атаку! — закричал один из Зубов, довольно-таки невпопад. К нему присоединились и другие.
— Надерите им задницы! Убейте их!
Кутёж сумел вырвать трубу из стены и выбрался из ванной, застёгивая на ходу ремень и держа костюм подмышкой. Я хорошо знала, какие неудобства может доставить костюм при использовании туалета: сначала надо всё снять, потом надеть обратно, прицепить всё необходимое на свои места… У Кутежа проблем было больше: многочисленные трофеи и элементы брони на костюме, полном шипов и крючков, а ещё он торопился и потому с размаху влетел прямо в рой кусающих и жалящих насекомых. Он уронил кусок брони, и насекомые тут же его покрыли. Он оглянулся на этот предмет — то ли наколенник, то ли налокотник — и решил его бросить.
Такие мелочи наносят моральный урон. Атаковать их, когда они устали, испортить еду, которую они ждали, ввергнуть всё в хаос. Если даже им и удастся одолеть нас в предстоящей схватке или если кто-нибудь ускользнёт и позже вернётся, чтобы забрать свои вещи, они обнаружат, что тараканы прогрызли провода и кабели в телевизорах, черви заразили их продукты и каждый предмет гардероба кишит вшами.
А если они вступают в драку в ярости, значит это нам на руку. Они будут стремиться достать нас, а не сбежать.
Первый, кто вышел из двери, споткнулся о натянутую нить паучьего шёлка. Остальные повалились сверху. Кто-то из них выстрелил в темноту.
Не тот выход, не та сторона здания. И дверь почему-то захлопнулась за ними и заперлась.
К сожалению, в этой группе не было кейпов. Как бы ни были дезорганизованы рядовые члены группы, те члены банды, кто обладал силами, следовали только за своим боссом и сейчас собирались на кухне.
Мясник не реагировала на жала и укусы, даже когда насекомые, несущие капсаицин, добрались до её глаз и носа. Её кожа была слишком прочной, и она не чувствовала боль благодаря силам Мясника Двенадцать. Она неспешно подняла пулемёт, которому по-хорошему следовало стоять на грузовике и, удерживая его на весу одной рукой, надела маску.
Она повернулась к нам, как будто это было яснее ясного. Сила чувствительности Мясника Два — способность видеть сквозь стены вены, артерии и сердца.
Она обладала силами тринадцати кейпов в ослабленном варианте плюс одна её собственная. Некоторые из тех тринадцати владели несколькими способностями. И каждый из них сумел одолеть предыдущего, либо силой, либо хитростью. У этого Мясника были возможности каждого из них.
Она повела группу на выход, навстречу нам, настолько же немногословная, насколько остальные были шумными. Я ожидала, что она поступит наоборот и пошлёт остальных вперёд себя. Но именно она первой вышла из здания, а остальные кейпы следовали сразу за ней. Пехотинцы подтянулись последними, матерясь на ходу, полностью обойдя здание. Они заполнили бреши в задних рядах группы.
Их поведение отличалась от противников, с которыми мы обычно сражались. Они не были верными солдатами или людьми, которые бились, потому что им нечего было терять. Они были падальщиками, идущими следом за теми, у кого была настоящая сила. Гиенами, подбирающими остатки после пиршества львов.
Кутёж первым использовал свою силу, и я поняла, какую стратегию использует их группа. Мясник вышла вперёд не потому, что была настолько опасна. Нет, чтобы создать первые шеренги, у них был Кутёж.
Он слегка пригнулся, словно в ожидании отдачи, и от него отделились четверо дублей. Они были созданы с такой скоростью и силой, что первое мгновение пролетели по воздуху. При соприкосновении с землёй они спотыкались и сразу переходили на бег. Через доли секунды после появления первой волны возникли ещё трое, затем ещё и ещё.
За три секунды возникло пятнадцать или около того Кутежей, ещё до того, как я могла успеть отдать приказ. Дубли создавались со скоростью пулемёта.
Они бежали, некоторые кричали, некоторые вслух матерились, сближая дистанцию между нашими двумя группами, двигаясь единой массой, размахивая руками и оружием…
Оружием?
Под дождём было плохо видно, но каждый из Кутежей немного отличался от остальных. У некоторых были ножи или обрезки труб в качестве дубинок, у других пистолеты, ещё больше было с импровизированным оружием. Состав и расположение брони тоже отличались.
Но были и недостатки. Какими бы крепкими и бесчисленными они ни казались, они были тупые, и пока были живы, с каждой секундой становились ещё тупее. Он создавал живой потоп из клонов, но все они были недееспособны. Они не годились ни на что, кроме как проявлять животную жестокость и быть пушечным мясом.