Она нахмурилась.
— Это просто мысль.
— Там будет трудно кормить собак.
— Можно справиться, — сказала я. — Сплетница собирается контролировать один из флотов, который будет доставлять припасы на ту сторону. Мы не знаем, насколько правительство зарегулирует портал или кто будет чем владеть, но… не думаю, что доставка собачьей еды станет проблемой. И когда территорию заселят, возможно, ты сможешь предоставлять обученных собак охотникам или первопроходцам, которые будут осваивать землю.
Она не ответила, сосредоточившись на своих собаках, которые к ней ласкались. Пара рук и не менее двадцати ушей вокруг, которые надо почесать.
— Подумай об этом, — сказала я.
— Мм, — пробурчала она.
Мужчина играл со своей дочерью, а она визжала и тянулась погладить собак, которые стояли рядом в почти защитной позе.
— Там всё нормально? — спросила я. — Собаки не навредят ребёнку?
— Ни одна из собак в этом убежище, — сказала Рейчел. — Я их тщательно выбирала.
Это меня немного огорошило. Уделять этому столько внимания было… не в её характере.
— Почему? — спросила я.
— Ты говорила, что я должна подумать, что людям нужно от собак. Если я собираюсь найти им дом, собаки должны знать, как жить в семье.
Я кивнула. У меня были ещё вопросы, но я не хотела нарушать спокойное облегчение, которое почувствовала при этих её словах.
Мы просидели ещё десять минут, когда Сука встала и начала играть с собаками. Она включала в игру элементы дрессировки, кроме прочего, разделила собак на команды и заставляла приносить предметы по очереди. Я встала, присоединяясь к ней, и она вручила мне мячик.
Больше не было разговоров. Большая часть слов предназначалась для собак.
Время пролетело так быстро, что я удивилась, когда подручные Рейчел объявили, что еда готова. Порцию для себя взяли не все. Шавка и Кусака воздержались. А вот девушка-ветеринар набрала целую кучу. Рейчел загрузила свою тарелку двумя бургерами и грудой жареных овощей. Я взяла себе порцию примерно вполовину меньше.
Еда была не очень, но девчонка казалась настолько довольной собой, что я ничего не сказала по этому поводу. Рейчел было как будто всё равно, как и мужчине с дочерью.
— Спасибо! — нараспев проговорила малышка, когда доела раскрошенный гамбургер и булочку.
Рейчел не сказала ничего, только встала за газировкой. По пути назад она, словно собаке, взъерошила волосы маленькой поварихе.
Не совсем тот стиль руководства, который я ожидала увидеть, но девочка казалась довольной.
Я съела сколько смогла и хотела было бросить остатки собакам, но потом решила не рисковать расположением Рейчел.
Была уже поздняя ночь, но я не стала возвращаться в своё логово. Мы ухаживали за собаками, расчёсывали их, чистили им уши и зубы. Некоторым собакам были назначены таблетки, и Рейчел проследила, чтобы они их получили.
Это был тот самый бесконечный поток мелких задач, которые обычно приводили меня в уныние. Уборка или выполнение дел по хозяйству, которые нужно повторять уже на следующий день, а то и через несколько минут — это всегда изматывало меня. Я начала справляться с подобным только с недавних пор, когда получила возможность поручать такие дела насекомым.
Рейчел же наслаждалась этим. Это как будто успокаивало её, помогало найти себя.
Все остальные уже легли или вышли через входную дверь, чтобы разойтись к местам ночлега. Для многих собак были приготовлены личные будки, и они забрались туда. Рейчел не поленилась запереть каждую из них.
Понемногу наступала ночь, а я всё не уходила. Я знала почему, но не хотела себе в этом признаваться.
В конце концов усталость взяла верх, и я не смогла бы сказать даже под пытками, когда именно это случилось.
Я проснулась вечером и обнаружила, что лежу, свернувшись на диване, укрытая пледом, и у меня затекла шея.
Рейчел лежала на другом диване, а рядом, прижавшись к ней спиной, уместилась голубоглазая девочка-повар.
Я встала, потянулась и поморщилась от боли в том месте, где шея переходит в плечи. Движение, казалось, разбудило Рейчел. Она начала выбираться из-за девочки.
— Не хотела тебе мешать, — прошептала я, стараясь говорить потише, чтобы никого больше не разбудить.
Она пошевелилась и приподнялась:
— Ты уходишь?
Я поморщилась.
— Ага.
— Ладно, — она легла обратно, и девочка свернулась возле неё. Девочка. Да она была, наверное, старше, чем Аиша или Виста. Но я не могла не воспринимать её как маленькую, потому что всё в ней как будто кричало, что она потерялась.