Судя по удару Три-ноль-один-шесть, казалось, будто его рука стала намного длиннее. Через пространство перед ним пронеслось бесчисленное количество повторений этого взмаха, словно он управлял всеми возможными версиями себя, которые могли находиться в этом подвале, и собрал их вместе для одного координированного удара.
Сталь и бетон дробились, удар создал множество выемок в полу и потолке, разрушив даже слой нержавеющей стали, скрытый под слоем бетона на полу и стенах.
Счетовод находился в воздухе. Пока сила первого удара крушила потолок, он оценил её траекторию и позволил ей пройти мимо него на расстоянии полуметра. Он повернулся и наклонил своё тело так, что бы поглотить энергию потока воздуха и пыли. Это позволило переместиться чуть дальше и чуть выше. Войдя в контакт с полом, его туфли заскрипели.
Он бросил быстрый взгляд назад. Удар оставил дыру в стене, её форма создавала впечатление, будто кто-то бил протянутой рукой со скрюченными пальцами, вот только расстояние удара в пятьдесят две целых семьдесят шесть сотых раза превышало длину человеческой руки.
Больше формул, больше чисел, с которыми можно работать. Теперь он мог провести экстраполяцию, получить оценку возможностей оружия своего оппонента. Ему нужны были новые данные для сравнения…
Он заколебался, и будто потеряв равновесие, взглянул в сторону ближайшей камеры, удерживая подопытного в поле зрения.
Последовал ещё один удар, спровоцированный в направлении, которое не приведёт к разрушению чего-либо важного для деятельности Котла. Если подопытному придет в голову идея наносить удары вниз или вверх, тогда это создаст целую кучу проблем. На верхних этажах находились другие подопытные, а ниже… ну… всё что находилось ниже, лучше оставить Доктору.
Он увернулся от этой атаки так же, как и от первой, но позволил ей пройти ближе. Даже не оглядываясь, он знал, что правильно оценил числа. Дистанция удара левой рукой каждый раз была одинаковой. Удар пронёсся мимо Счетовода на расстоянии всего пары сантиметров.
«Наверное, пора», — подумал он. Теперь, уменьшив затраты энергии на уклонение от летящих ударов, он сосредоточился на пространстве вероятных действий противника. Всплывшая схема, напомнившая ему Витрувианского Человека, расширилась, чтобы отобразить все возможные удары.
Не предвидение будущего, скорее оценка возможных последствий грядущего.
Теперь Счетовод мог свободно уворачиваться даже раньше, чем начинался удар. Как игрок в теннис, стремящийся заблокировать открытую зону корта, ещё до взмаха оппонента, он бросался в безопасную зону, в область, которую входящие атаки заденут с наименьшей вероятностью. В область, которая не могла быть поражена без того, чтобы противник не поменял расположение тела в пространстве.
Впрочем, это было бы фатальной ошибкой со стороны подопытного.
Нет. Подопытный три-ноль-один-шесть не стал использовать левую руку. Теперь он ударил ногой, на которой присутствовала только стопа.
Счетовод нырнул под удар, кувыркнулся и сразу же встал на ноги. Удар пропахал целую борозду в напольном покрытии, и повредил нижние ступени лестницы.
Расстояние до противника теперь составляло не больше семнадцати метров.
Ещё две атаки, два размашистых удара кулаком, выдирающие целые куски пола и потолка одновременно, и оба раза Счетовод оставался невредимым, одновременно сокращая дистанцию.
Он увидел страх на лице мужчины.
«Деймос», — подумал Счетовод. Это было довольно старое воспоминание, знакомое в том смысле, в котором кто-то может узнать стряпню своей матери. Тогда слово произносил не его голос.
Еще один удар, прошедший в опасной близости от камеры подопытного два-девять-девять-ноль, за которым последовал другой удар в противоположном направлении.
«Фобос», — подумал Счетовод. Ужас, переходящий в безудержную панику.
Атаки стали более неистовыми, но это было ожидаемо. Счетовод экономил силы, он мог двигаться ещё быстрее.
Дважды его противник пытался делать ложный выпад, менять направление во время удара. Он достаточно быстро понял эти обманные ходы и, воспользовавшись ситуацией, сократил дистанцию сначала до десяти метров и пятнадцати сантиметров, затем до шести метров и четырёх сантиметров.
У субъекта три-ноль-один-шесть оставалось два выхода. Один был умным — прорубить в полу между ними ров, который бы их разделил.
Второй — ударить опять.
Счетовод навязал решение. Рассчитав свои движения, он позволил одной ноге скользнуть по пыльному полу, растянулся и покатился, используя инерцию движения.