То, как она это сделала, уничтожило последнюю возможность пойти на попятную. Она не могла остановить отношения фразой «мне не нравятся парни». Он решит, что это ещё одна манипуляция, и она не выдержит очередной изоляции.
Смертельный сердечный приступ отца стал последней каплей. Это было тяжело само по себе, но вместе со всем остальным... В одну из долгой череды ночей, проведённых в комнате общежития в отчаянии, страхе и беспомощности, Саба испытала триггер-событие. Она увидела нечто огромное, чего после не могла вспомнить, и обрела силы.
Это был тот самый толчок, который помог ей уйти и от парня, и от инженерного направления. Она нашла новую цель. Добиться успеха в дизайне одежды. Как можно дальше от предыдущих занятий. Мать была разочарована, но Саба почувствовала, что знает, куда идёт. У неё появились друзья. Она даже переехала в двухместную комнату в общежитии, чтобы побольше общаться с людьми.
Но радость от нового занятия продлилась недолго. Даже до того, как появился Левиафан и разорвал на куски здание колледжа, она начала сомневаться, что она действительно хочет этим заниматься.
Даже до того, как Бойня номер Девять убила её мать, тётю, кузину, а также соседку по комнате, Саба испытывала безнадёжное отчаяние.
Она приняла предложение Рой в надежде, что в этот раз всё будет по-другому. Может быть, если она сделает то, что должна, а не то, что хочет, то найдёт своё предназначение, свою цель.
Но она ошиблась. С самого начала, её новая роль была такой же пустой, как и предыдущие.
Саба шагала к своей штаб-квартире — ателье — и не могла не замечать, как люди смотрят на неё, как отказывают ей в знаках уважения, которые так естественно получала и принимала Рой.
Её не было здесь тогда, когда это было нужно. Теперь все жили дальше, а она снова потеряла курс.
Ничто не даётся просто так.
Когда она подошла к ателье, завибрировал телефон. Сообщение.
Флешетта: «Рой появилась в штабе СКП и сдалась. Прямо сейчас её отправили в камеру».
Ей пришлось дважды прочитать, чтобы убедится, что она всё правильно поняла. Рой... Последствия... Чего?
Ещё до того, как она сумела осознать всё написанное, пришло новое сообщение.
Флешетта: «Ты что-нибудь об этом знаешь?»
Герои, кажется, так же растеряны как и Саба.
Кукла: «Ничего».
Она нашла среди контактов телефон Сплетницы и позвонила.
Занято.
Может быть, сообщение?
Кукла: «рой только что сдалась героям».
Ответ пришёл почти сразу.
Спл: «знаю приходи место встречи той ночи скорее. первый этаж».
Никаких ответов, никакой информации. Только приказ прийти.
В таком виде единорог не подойдёт. Его нужно разобрать, сложить заново.
Сила давала ей точный контроль над легковесными материалами. Это было не сложно. Развязать ткани, разобрать швы.
Управление большими штуковинами работало совершенно по-другому. Телекинез отказывался действовать, когда она пыталась перемещать что-то тяжелее чем четверть килограмма. Ловкость и скорость перемещения были ужасными. Что ещё хуже, телекинез срывался. Когда она пыталась перемещать большие предметы, всё становилось нестабильным, и в конце концов просто... разваливалось, когда она пыталась управлять множеством мелких лёгких объектов.
Она начала делать единорога четвероногим.
После обретения сил, она экспериментировала. Обнаружила, что у неё получается сохранять действие телекинеза и не давать ему распадаться. Но настоящего результата не было, пока она не начала работать с более гибкими материалами. Лучше всего получалась с чем-то пористым, поскольку телекинез легко проникал в материал и сквозь него, и позволял ей двигать всю ткань, а не наполнитель. Поры в ткани позволяли наполнять силой оболочку, не достигая критической массы, избегая потери управления. Лучше всего управлялись тонкие ткани. В отличие от более прочных материалов, разорванные швы легко зашивались, другие повреждения быстро исправлялись. Ткань подходила идеально. Она была многогранна, дёшева и эффективна.
Как только конструкция была собрана, оболочка заполнилась телекинетической энергией, и приобрела способность двигаться как единое целое.
По её приказу единорог склонился и позволил ей забраться к себе на спину. Когда она уселась и пристегнулась для безопасности, животное рвануло вперёд.
У него не было инстинктов. Движения были вынужденными, конечности неуклюже ковыляли вперёд под воздействием силы, которая явно предназначалась не для этого. Если силы вообще имели какое-то предназначение.