— Это важно, — прорычала Сука. — Вы должны быть её друзьями, и вы говорите о ней так, словно её больше нет.
Питбуль, кажется, понял это как сигнал и начал рычать. Он продолжал расти, и его тело растягивало накинутую на него цепь.
— Само собой, она никуда не делась, — сказала Сплетница. — Мы не знаем, как всё произойдёт. Не знаем наверняка.
Суку это ни на секунду не удовлетворило, но питбуль перестал рычать. Она отключила свою силу?
— Что нам известно? — спросил Регент.
— Что она хотела оставить нас в неведении, — ответила Сплетница. — Что она хотела пойти...
— И она считала, что уходит надолго, — сказал Мрак. — Она спрашивала меня о лидерстве, о том, готов ли я взять бразды правления. Я сказал нет, но она всё равно это сделала.
— Она считала, что это важно, — сказала Сплетница. — Достаточно важно, чтобы вытащить тебя из глубины, несмотря на то, что ты сам этого не хотел, несмотря на то, что она не хотела этого с тобой делать.
«Я не имею здесь никакого значения, — подумала Кукла. — Я не уверена даже, являюсь ли я официальным членом группы».
— Значит, на некоторое время я лидер, — сказал Мрак. В его голосе что-то промелькнуло, проявилось даже сквозь эхо, которое создавала его сила. Что-то менее серьёзное, чем отчаяние, но больше чем недовольство. Горечь поражения?
— Если нет никаких возражений, — добавил он.
С надеждой?
Никто ничего не сказал.
— Значит, мы должны устранить последствия, — сказал Мрак. — Что с её территорией?
— Мы можем расширить соседние территории, — сказала Сплетница. — Мою, Мрака и Куклы. Возможно, остальные заберут часть нашей территории, чтобы облегчить нам жизнь. Она предусмотрела кое-что и насчёт её жителей. Я свяжусь с ними, мы всё обсудим и приведём в действие.
— Её люди в данный момент не основная проблема — сказал Мрак. — Если они не собираются устраивать бунт, займёмся ими позже. Сейчас меня больше беспокоят горящие вопросы.
— Буквально, — сказал Регент.
— Возможно, буквально, — сказал Мрак. — Баланс?
— Я позвонила ему сразу после того, как пришли Регент и Чертёнок, — сказала Сплетница. — Он будет здесь в девять тридцать, минута в минуту. Нужно было сказать об этом раньше, но мы заговорились.
Мрак кивнул и снова посмотрел на телевизор. На часах под экраном горели цифры: девять двадцать шесть.
— Времени на подготовку немного.
— Чем дольше мы ждём, тем больше он злится, — сказала Сплетница. — А он любитель планов. Если дать ему время, он сумеет придумать план, чтобы нанести по нам удар. Мы будем в лучшем положении, если не дадим ему расслабиться.
— Ясно, — сказал Мрак и вздохнул. — Господи, я к этому не готов. Будь она проклята.
Никто не ответил.
Сколько из них были с ним согласны? Кукла нервно переступила с ноги на ногу. Кому из присутствующих уже приходилось убивать людей? Всем? Большинству?
Кукла не могла не заметить, насколько она не готова к подобной ситуации. Ей казалось, она шагнула на глубину, и поняла, что ноги не находят дна, и вода смыкается над её лицом...
Именно это она ощущала сейчас, стоя здесь.
Тейлор работала когда-то под прикрытием, разве нет? Она окунулась во всё с головой. Невозможно даже представить.
— Баланс, — сказала Сплетница.
Кукле сначала показалось, что Сплетница пытается вернуть группу к предмету обсуждения, но Сплетница сняла очки и поморщилась.
— Здравствуйте, Неформалы, — сказал Баланс.
— Вы рано, — сказала Сплетница.
— Будьте уверены, я вовремя.
— Часы...
— Опаздывают, — сказал Баланс. — Я прибыл именно в то время, когда и обещал, и пожалуйста, не нужно предполагать иного.
Сука была пугающей, выражая идею «я пну тебя в лицо безо всякой причины», а Мрак — потому что своим видом говорил «я подробно объясню тебе, почему я сейчас тебя ударю». Баланс же был совсем другим.
Было очень легко представить, как он равнодушно смотрит на неё, стоящую в выкопанном им колодце, и бетономешалка медленно заполняет цементным раствором пространство вокруг. Или как он весьма церемонно поедает чью-то отрезанную ногу, орудуя вилкой и ножом в строгом соответствии с этикетом.
Именно про таких людей снимают фильмы ужасов, вот только он был реальным.
И это заставило её вспомнить о Бойне номер Девять.
Как же она его ненавидела. Она прекрасно понимала, почему Неформалы работают с ним, понимала, что если бы они не получили его поддержку, то стали бы добычей кого-то вроде Бойни номер Девять. Но всё равно она ненавидела его.
Он был одного с ней роста, одет в строгий белый костюм с галстуком, на голове — невероятно сложная маска из дерева и серебра, которая двигалась, повторяя выражение лица злодея.