Слегка негуманно, подумалось мне. Это тоже будет приёмом психологического давления? Частые визиты? Прерывание сна? Нарушение личного пространства?
— Душ, — напомнила она.
Я задумалась, может Тагг хочет спровоцировать меня на нападение?
Но я сделала, как приказано. Вода была комнатной температуры, струя направлена прямо в туалет, и водосток был общим, из-за этого было сложно находиться под душем, не становясь при этом ногами в сам туалет. Всё осложнялось ещё и тем, что из вентиляции постоянно дул холодный воздух, охлаждающий части тела, не находящиеся непосредственно под струями воды.
Я стиснула зубы, напомнив себе, что Лун наверняка был в такой же ситуации, только ему приходилось запихивать под струю свои метр восемьдесят с лишним. Ему было хуже: он был крупнее, был слеп и лишён кое-чего между ног. Вот только за ним не наблюдал охранник. Слишком опасно.
На мгновение мне захотелось иметь достаточно устрашающую репутацию, чтобы тут не было этой женщины-надсмотрщика.
Когда я ещё стояла мокрая, двери приоткрылись. Она любезно заслонила собой проход, чтобы меня не было видно двум молодым героям.
Она бросила на кровать сверток. Полотенце? Одежда?
Я сделала шаг в ту сторону, и она резко бросила:
— Стоять.
Видимо, мне не было позволено одеться. У неё в руках было кое-что еще. Набор инструментов. Она достала пару стерильных перчаток.
— Аллергия есть?
— Есть, на укусы пчел, — ответила я, стараясь добавить толику юмора в процесс. Выражение её лица мне не было видно.
Чёрт. Я была мокрая, вся в капельках воды, волосы липли к голове, я изо всех сил старалась не дрожать от холода, проклиная поток воздуха, обдувающий комнату. С помощью пальцев и ногтей мне удалось убрать волосы с лица назад.
— Аллергия на латекс?
— Нет, — сказала я. — И про укусы пчел я пошутила.
Никакой реакции.
— Принимаешь какие-то препараты?
— Нет.
— Противозачаточные?
— Нет.
«Презервативы», — подумала я.
— У тебя есть два варианта. Ты сотрудничаешь, и тогда полный обыск займет от пяти до десяти минут. Ты не сотрудничаешь, оказываешь сопротивление, кусаешься или брыкаешься, тогда я выхожу, мы применяем контрмеры и уже тогда проводим полный досмотр, пока ты без сознания.
Её голова чуть приподнялась, будто она взглянула на выпускающую электричество сферу на потолке.
— Буду сотрудничать, — сказала я.
О, как же я была рада, что, благодаря суперспособностям, у меня была возможность сосредоточиться на чём-то другом, отвлечься от происходящего.
Тагг собрал всех в комнате для совещаний наверху. Герои, люди в костюмах и форме, которые, как я предположила, были важными членами СКП, и ещё один или два человека, сидящих на расстоянии от директора и его людей.
— Наши планы, — сказал Тагг. — Предлагайте.
— Мы вызываем Отступника и Дракона, — сказала Мисс Ополчение. — Они перемещают её в другое отделение СКП, где мы сможем содержать её до суда.
— Разумно, — отметил Тагг, — разве что мы подвергаем себя риску быть атакованными, пока …им её.
— Здесь мы ещё более уязвимы, — сказала Мисс Ополчение.
— Мы не можем начать действовать, пока не будем знать, что она задумала, — сказала другой кейп. Женщина с высоким воротником. Ласточкин Хвост. — Какой у неё план?
Ответом была тишина.
— Есть идеи, Мисс Ополчение? — спросил Тагг.
— Она… умна. Во всех наших столкновениях с ней она проявляла изобретательность. Когда сдавалась, она действовала уверенно и сознательно. Каким бы ни было это действие, оно просчитано.
— Миссис Ямада? — спросил Тагг у одного из людей в костюмах, сидящих на дальнем конце стола.
— Я читала про неё, изучила все ваши записи о ней, говорила с учениками, которые знали её лучше остальных, в разных смыслах. С Грегом Ведером, Эммой Барнс, Софией Хесс, Медисон Клементс… с её учителями, отцом… Я не так уж в этом уверена.
— Вы не согласны с Мисс Ополчение?
— Я не смогу сказать точно, пока не поговорю с девушкой, но её искренняя сдача, учитывая мои знания о ней, не исключена.
— Я не говорю, что она не сдается, — сказала Мисс Ополчение. — Я говорю, что она что-то задумала. Одно не исключает другого.
— Это может быть попыткой обрушить СКП, — сказал Наручник. — Разрушить изнутри. С теми обвинениями, которые мы ей предъявляем, она может запросить суд присяжных. Она использует это как возможность публично вытряхнуть наше грязное белье. Конфиденциальную информацию об Оружейнике, подробности из досье, украденных из нашей базы данных, бой с Ехидной и его последствия…