Тагг и Мисс Ополчение зашли в комнату по другую сторону одностороннего зеркала, мистер Калле задержался в коридоре, разговаривая по телефону. Я встала со стула, мой отец шагнул ко мне, язык его тела отчётливо показал, что он собирается сделать. Мисс Ополчение было достаточно одного взгляда, чтобы понять, она развернулась и поспешила на выход, чтобы вмешаться. Но Тагг что-то сказал, всего два слова, которые мне некогда было распознавать, и она остановилась на полушаге.
Отец поднял руку с открытой ладонью, я зажмурилась и подняла голову, готовая принять пощёчину.
Но удара не последовало. Вместо этого отец обнял меня. Я пискнула, сама не зная из-за чего: из-за крепости объятий или из-за чувств, которые меня захлестнули. Чувств, так похожих на чувства моего отца. Я просто стояла, неспособная обнять в ответ из-за наручников, прикованных к столу, и неспособная говорить из-за комка в горле.
Когда прошло несколько минут, на протяжении которых мы не произнесли ни слова, Тагг и Мисс Ополчение перешли из наблюдательной комнаты к нам и подозвали мистера Калле.
— Давайте поговорим, — сказал Тагг.
Я отстранилась от папы. Сморгнула слезы, собравшиеся в уголках глаз. Мне было безразлично, заметил ли их Тагг.
— Я ожидаю ответа от моих коллег, — сказал мистер Калле. — Нет смысла вести разговор дальше, если только вы не сдаётесь.
— Нет, — ответил Тагг. — Но мне хотелось бы пройтись по основным пунктам.
«Вот почему он хотел, чтобы папа тоже был здесь», — подумала я.
— Ты сообщила мне, что твои товарищи, многие из которых являются известными убийцами, через три часа двадцать минут собираются объявить войну СКП, если только ты с ними заранее не свяжешься.
Папа сел слева от меня и внимательно на меня посмотрел.
— Да, — сказала я.
— Ты охарактеризовала их как непредсказуемых. Они, безусловно, опасны. Ты думаешь, что от их действий пострадают люди. Считаешь, что они преодолеют все преграды, чтобы вытащить тебя и чтобы навредить нам. Хорошим парням.
— Да, — сказала я, не сводя глаз с Тагга. — Только я не думаю, что вы хороший парень, директор.
— Я тоже не думаю, что ты хороший человек, — сказал Тагг, — и мнение суда присяжных вероятнее совпадёт с моим, чем с твоим.
— Давайте воздержимся от перехода на личности в самом начале разговора, — сказал мистер Калле.
— Верно, — сказал Тагг. — Мы напрасно тратим время, а у вас его очень мало.
— Ни один из нас не хочет этого, директор, — сказала я. — У нас обоих нет времени, и мы оба не хотим войны. Разве что, возможно, вы. Вероятно, вы думаете, что сможете победить, и рейтинг СКП внезапно взлетит до небес.
— Нет, — сказал он, — я думаю, что, как и в любом конфликте, обе стороны что-то потеряют. Но давай поговорим о твоих условиях. Ты хочешь прощения для своих друзей-преступников?
Я отчётливо ощущала на себе взгляд отца.
— Да, — сказала я.
— Ты хочешь сместить с должности меня и назначить на моё место Мисс Ополчение. Тем самым, ты хочешь заставить СКП отказаться от своих принципов в том, чтобы люди руководили паралюдьми, отменить возможность держать индивидуумов со сверхсилами под контролем.
— Да.
— И ты хотела, чтобы я позволил тебе стать официальной мстительницей, чтобы ты, оставив свою группу, занялась охотой на психопатов с суперсилами. Я объяснил, почему это невозможно. Не знаю, собираешься ли ты отменить это требование, или…
— Я отправлюсь в Клетку, если придётся, — сказала я. — Потому что в остальные требования я верю достаточно, чтобы пожертвовать собой.
— Тейлор, — сказал папа. Первое слово от него с тех пор, как мы завтракали вместе в тот день, когда меня разоблачили. — Зачем?
— Потому что мы проигрываем. Мы слишком сосредоточены на пустяках, на мелочных дрязгах, фракциях и вендеттах, и мы проигрываем против настоящих противников. Угроз S-класса. Через год и одиннадцать месяцев миру придёт конец. Ты слышал об этом?
Он покачал головой:
— Я… я читал письмо, которое ты оставила на могиле Аннетт. И понял, что, наверное, именно об этом ты пыталась написать в ту ночь, когда ушла. До того, как передумала.
В ночь, когда я ушла. Как давно это было. Когда я впервые встретила Выверта.
— Многое из того, что я совершала, делалось, чтобы остановить того, кто на самом деле хотел захватить власть над городом. Который был намного хуже, чем любой из нас, Неформалов. И ещё я делала это потому, что он держал в плену маленькую девочку. Дину Элкотт. Она может видеть будущее, и она предвещает конец света через два года.