Я посмотрела на телефон, который был в моей руке:
— Ладно.
— В этот раз без условий?
— Можете мне не верить, но я действительно хочу всё исправить, — сказала я, набирая номер мистера Калле. — Мы на одной стороне. Разница лишь в том, что я считаю своих друзей частью возможного будущего. У меня уже были с вами сложности, но я отложу свои сомнения и буду надеяться, что это не выйдет мне боком. Ещё раз.
Звонок был принят. Мистер Калле ответил:
— Говорит Квинн Калле.
— Это Тейлор Эберт.
— О, отлично! Я боялся, что они казнят вас или отправят в тюрьму.
— Прошу прощения, эм…, за то, что случилось, — сказала я.
— Они привезли в мешке для трупов тело вашего хорошего друга или, по крайней мере, заставили вас в это поверить. Вы отреагировали так, как любой бы отреагировал — с яростью и болью. Вы просто, как бы это сформулировать… лучше оснащены по сравнению с простыми смертными, чтобы выразить эту боль и ярость.
— Я бы не стала винить вас, если бы вы ушли.
— Можете быть уверены, мисс Эберт, бывало и хуже.
— Ладно, — сказала я, — тогда мне нужно, чтобы вы отказались от всех угроз по отношению к СКП.
— Боюсь, что я не могу это сделать.
— Это ещё почему?
— Потому что в данный момент вы под охраной героев. Они, конечно, поймали вас в эмоционально уязвимом состоянии и дали вам телефон. Ради вашего блага, я не могу считать, что вы в здравом уме или что вас не принуждают.
— Как мне изменить ваше мнение?
— Я бы не отказался от приглашения на переговоры.
— Мы отправим за вами транспорт, — сказала я, — где вы?
— В том милом маленьком магазине пончиков, что я посетил сегодня утром.
— Ладно, — я закрыла рукой микрофон, — он говорит…
Я остановилась. Бронированный модуль, на котором прибыла Мисс Ополчение, уже полетел по направлению к моей территории. Дракон всё слышала.
— Неважно.
— Давайте обсудим план действий, — сказала Мисс Ополчение. — Над технической стороной уже работают. Вы направите сюда модули?
— Да, — сказал Отступник. — Она этим уже занимается. Шевалье уже в пути, кроме того, мы связались с СМИ.
Мисс Ополчение кивнула:
— Благодаря сотрудничеству Рой два основных кризиса отложены. Мы не можем полностью остановить распространение слухов, так что давайте действовать максимально эффективно. У нас только одна попытка.
— Ключевые моменты — это роль, которую сыграла Рой, и то, как мы преподнесём кончину Александрии, — сказал Отступник.
— Моя роль? — спросила я, — Мне казалось, я нужна вам, чтобы отменить нападение.
— Нет, — сказала Мисс Ополчение. — Это не всё.
Я сузила глаза, отчётливо осознав, что прямо рядом со мной три весьма сильных кейпа и один механический модуль:
— Что ещё?
Она посмотрела на Отступника, затем на меня:
— Нам понадобится, чтобы ты присутствовала на пресс-конференции. Дракон может подкорректировать данные, а если твой адвокат не станет распространять исходную запись допроса, мы сможем спрятать неприглядную часть от средств массовой информации. Мы сможем изменить повествование.
— Вы будете врать, — сказала я.
— Мы откорректируем правду, — сказала она и сделала паузу. — Да. Мы будем врать.
— И вы хотите, чтобы я в этом участвовала?
— Да. Твоё присутствие добавит веса нашим словам. В глазах общественности мы противостоим друг другу, поэтому наше единое мнение насчёт произошедшего поможет всех убедить.
— Вы боретесь за сохранение СКП или пытаетесь его исправить? — спросила я.
— Пытаюсь исправить, — ответила она без заминки.
— И вы хотите начать со лжи. Ровно как и они.
— Да, — снова сказала она без колебаний. — Нет красивых, совершенных ответов, и на уступки пойти придётся. Чем больше масштаб вопросов, тем значительнее последствия в случае неудачи, а значит, если мы хотим достигнуть успеха, нам придётся пойти на уступки покрупнее.
— А сейчас большое событие, значительные последствия, — сказала я. — И больши́е уступки?
— Да, — сказала она, и стала выглядеть в десять раз более усталой.
Я сложила руки на груди. Я не могла ей возразить. Мне это не нравилось. Но мне приходилось быть лидером. Мне случалось принимать сомнительные решения. Я ранила людей, лгала, обманывала, воровала, убивала.
Солнце скрылось за горами, и облака из фиолетовых стали чёрными. Сколько у нас теперь есть времени? Минут двадцать?
Я смотрела, как Отступник разговаривает с Драконом и Мисс Ополчение.
Я видела, что он, не выпуская копьё и прислонив его к плечу, сложил руки на груди. Ноги широко расставлены. Стойка воина.