— Хаюшки?
— Включи телевизор, — сказала я. — И отзови всех. И на этом пока всё, если только вдруг что-то не пойдёт совершенно наперекосяк.
— Ты уверена?
— Ага, — ответила я, и подумала: «Нет».
Я завершила вызов.
Мы все вышли из кабины и обошли модуль.
Стражи были здесь. Стояк, Виста, Крутыш и Горн стояли наготове.
Завернув за угол, мы вышли на широкую улицу, на которой нас ждала толпа журналистов. Телевизионные камеры повернулись, чтобы запечатлеть репортёров, возвещающих о нашем прибытии или чтобы показать нас самих. На противоположной стороне улицы стояло множество штативов с прожекторами, освещающими импровизированную сцену на плоской поверхности крыла модуля Дракона, застывшего в полутора метрах над землёй. Вокруг нас звучали голоса, миллион вопросов сливался в почти равномерный гул.
Шевалье шагнул вперед, и они одновременно затихли. Он был заметной фигурой и обладал особой статностью, вызывающей почтение.
— Сегодня, не далее как два часа назад, Александрия была убита.
За слепящим светом прожекторов, заливающем нас на сцене, я едва могла видеть толпу журналистов. Они были мрачны и впитывали каждое слово. Новость они приняли, не моргнув глазом. Они уже знали.
— Александрия была ветераном среди кейпов. Она была одной из первых кейпов, она сражались в ходе каждой из катастроф за последние двадцать лет. С каждым испытанием, что она преодолела, наша вера в неё крепла. В то, насколько она сильна, насколько незыблема и благородна.
Он наклонил голову. Я подавила желание переступить с ноги на ногу. Это был прямой эфир, трансляция для каждой американской семьи.
На соседнюю крышу телепортировались кейпы. Другие, летающие, приземлились на крышу фургона новостного канала. Ласточкин Хвост, рядом с ней Суховей.
— Само по себе это уже тяжёлое известие, — сказал он. — Она была загадочной личностью, в своём роде. Известный во всём мире живой символ. Она была лидером для всех нас. А для некоторых из нас она была другом.
Я не увидела, а скорее почувствовала, как Эйдолон завис над нами за пределами света прожекторов. Легенда тоже был здесь, хотя и не пытался укрыться.
Я приготовила себя к тому, что будет дальше. Я пыталась остаться спокойной, ничем себя не выдать.
— И она была предателем.
А вот это уже вызвало реакцию среди журналистов. Тишину, повисшую после слов Шевалье, разбили выкрики вопросов
Однако он продолжил:
— Александрия была убита, и к этому приложили руку люди, стоящие на этой сцене.
Каждое слово тщательно подобрано, технически или хотя бы частично правда. Александрия была предателем, поскольку была связана с Котлом, и она правда была убита человеком, стоящим на этой сцене.
— Всего месяц назад в городе возникла угроза, которая теоретически могла стать зарождающимся Губителем. Во время этого происшествия стало известно, что Александрия несёт частичную ответственность за её появление. Есть люди, которым пришлось хранить молчание относительно этих событий.
Я заметила, как замерли журналисты. Словно олени в свете фар.
— Достойные кейпы, — подчеркнул Шевалье, — неспособные противостоять голосу совести, покинули СКП. Мы оказались обескровлены. Звучали самые невероятные домыслы о том, что происходит с СКП, о том, почему столь многие кейпы решили бросить службу. Но мы — они — не могли говорить, поскольку Александрия занимала высокий пост и была практически недосягаема и неуязвима. Из-за угрозы, которую она несла, и ресурсов, которые были в её распоряжении.
К толпе журналистов присоединялись другие. Гражданские, возвращающиеся после отмены эвакуации, возможно едущие домой и увидевшие сцену и героев в лучах прожекторов. Они останавливались, парковались на краю толпы, вылезали из машин.
Сколько миллионов человек прямо сейчас подключались к трансляции происходящего?
— Некоторые из нас ушли. Совесть не позволяла им служить во благо коррумпированной организации. Другие, включая многих находящихся сейчас на этой сцене, остались, поскольку мы чувствовали, что СКП, Протекторат, программа Стражей и другие команды, рассчитывающие на нашу поддержку, были слишком важны, чтобы их оставить. Я стою сегодня на этом месте не для того, чтобы определить, кто из них прав, а кто виноват и не для того, чтобы обвинить тех, кто встал на сторону Александрии. В предстоящие недели и месяцы наши кейпы, юристы и бухгалтеры будут встречаться с каждым, кто занимает руководящие должности в Протекторате и СКП, чтобы гарантировать, что чего-то подобного и в таком масштабе больше никогда не произойдёт.