Все убиты или на грани смерти, и технически кровь не была пролита.
Кента взял Арату за руку и держал, пока тот медленно умирал. Затем он поднялся.
«Идиоты», — подумал он с ноткой ярости. Глупо было продолжать бой, после того, как стало понятно, на что способна женщина. В будущем ему следует внимательнее выбирать врагов.
* * *
2-го ноября 1999 года
Лун играл с пламенем в руке, наблюдая за неистовством гигантского человекоящера.
Элита Сентаи при поддержке героев-гайдзинов, сражалась с тварью. Каждые несколько минут кто-то пролетал мимо, унося раненных. Лун не обращал на них внимания. Дело было в точном расчёте времени. Если уж он взялся за это, то сделает всё правильно.
На район обрушилась приливная волна, и Луну пришлось вцепиться в ближайшее здание, чтобы удержаться на ногах. Поток воды разметал героев, некоторые здания обрушились.
Его переполняло ожидание боя. Он чувствовал под кожей чешуйки, которые жаждали вырваться на поверхность. Огонь тоже, жар в глубине тела.
Бой обещал быть достойным. Штука была в том, чтобы не погибнуть до того, как силы сделают его неуязвимым. Это было самой большой его слабостью. Идущий бой… Герои как могли тянули время. Он видел это по их передвижениям. Они сражались по очереди.
Сейчас дрался Эйдолон. Он метал в Левиафана налитые энергией шары размером с небольшой дом, каждый из которых мог сбить тварь с ног, содрать с него кожу и одновременно замедлить. Собственный гидрокинез героя позволял отражать дальние атаки ящерицы, направлять их вверх или в сторону. Левиафан не обладал способностью атаковать на расстоянии, и не мог приблизиться, не получив удар. Он попытался бежать, вот только на его пути стала передовая японская команда, Элита Сентаи.
— Ты сражаешься?
Лун повернулся и посмотрел на говорившую. Женщина в жёлто-чёрном костюме Сентаи.
— Да, — прогрохотал его голос. Сила давала ему дополнительную мощь, выносливость, регенерацию и умение управлять огнём даже в его обыденной форме, но изменения тела искажали голос.
Она взглянула на бой, словно не могла решить, следует ли ей принять участие, или продолжить разговор с Луном:
— Ты янки?
— Нет.
— Ты злодей?
— Я — это я.
Следующая приливная волна накатила на берег. В этот раз вода достигла Луна, поднялась до уровня пояса. Ему пришлось ухватиться за подоконник, чтобы удержаться на ногах. Он схватил запястье женщины Сентаи, чтобы её не унесло потоком.
Он почувствовал, как чешуйки под кожей нетерпеливо пришли в движение, угрожая подняться.
— Сумимасен десита, — сказала она, когда большая часть воды схлынула.
Лун только хмыкнул в ответ.
— Зачем вы здесь?
— Я жду, — ответил он. — А тебе следует драться.
— Я ничего не могу сделать. Моя сила наносит раны людям, но его даже не царапает. Мне не разрешено уходить.
Герои побеждали. Медленно, но верно. Хотя больше медленно. И каждая приливная волна наносила катастрофический ущерб.
«Я буду драться», — подумал он.
Вместе с этой мыслью, его сила начала пробуждаться. Чешуйки начали расти, медленно и уверенно, выступали, словно иголки морского ежа. Ожидание боя питало его способности. Когда он начнёт меняться — всё произойдёт быстро, и чем большую угрозу представляет противник, тем быстрее пойдут изменения.
Он оставил свою точку опоры и зашагал по затопленным улицам к Левиафану и остальным.
Он дал себе обещание. Больше никогда не проигрывать. Победа не значила ничего. Но поражение? Этого он не мог принять. Только не так, как от рук безымянной женщины.
Эта мысль, эта определённость, подтолкнула силу ещё больше, как будто она была чем-то живым, отдельным от него.
Ударила очередная приливная волна. Левиафан исчез в ней, и вновь появился в другом месте. Лун слышал звуки ударов, когда чудовище кромсало и рушило здание, на котором располагались герои. Он ускорил шаг, ощущая, как по мере приближения становится сильнее.
Чудовище было занято… Вот он, момент.
— Ты погибнешь! — крикнула женщина Сентаи в чёрно-жёлтом.
«Я никогда не умру, — подумал Лун. — Я могу проиграть, но я буду возвращаться снова. Я могу оступиться, но вернусь с удвоенной яростью».
Сейчас волны накатывали чаще. Здания были выстроены по стандартам, которые гарантировали способность выдержать землетрясение или цунами, но этого было недостаточно. Между ударами не проходило и минуты, каждая волна проникала всё дальше и дальше, и там, где ещё час назад был город, сейчас возвышался лишь десяток зданий.
В один из коротких моментов передышки земля сотряслась. Лун едва устоял на ногах. Когда он взглянул в ночное небо, то увидел, что высочайшие здания качаются, словно пальмы на ветру.