Он замолчал, слишком запыхавшись, чтобы продолжать. Я взглянула на него. Из-за костюма было сложно сказать, но, похоже, он был склонен к полноте.
Пока мы двигались в сторону поля боя, изваяние поднималось всё выше, огромное, как башня. Чтобы достичь такого эффекта, Голему приходилось постепенно погружать руку всё глубже, и она уже полностью скрылась внутри пластины.
Но это работало. Хорошо это или плохо, но они создали шпиль, копию руки Голема, вознёсшуюся в воздух более чем на пятнадцать метров, и ей ещё было куда расти. Двадцать метров, тридцать…
Разряд молнии ударил из облаков дыма и попал в руку.
Со стороны чикагских Стражей раздались радостные крики. Я сумела улыбнуться.
Ещё одна молния повернула в воздухе и ударила в руку. Между вытянутыми пальцами заплясал остаточный заряд.
Шпиль работал и не только защищал от молний, но и поднимал наш боевой дух. Мы сумели сделать хоть что-то, это было важно.
— Воздух теперь ионизирован, — сказал Тектон, как будто ожидая, что всем остальным этого хватит. Я примерно поняла, что он подразумевал. В следующий раз разряды попадут туда с большей вероятностью. Молния ударяет-таки в одно место дважды.
Я взлетела. Стражи последовали за мной пешком.
Неформалов мы нашли на самом краю поля боя. Они подобрали группу раненых индийских кейпов и укладывали их на спину одной из собак. Два невредимых кейпа-индийца стояли рядом с животным и выглядели очень обеспокоенно.
Я приземлилась рядом с Мраком. Он создал стену из тьмы. Не знаю зачем, но дым здесь был слабее.
— Рой, — сказал он.
Я не стала его поправлять. Он писал, что для него я навсегда останусь Рой. Или что-то в этом роде.
— Есть план? — спросила я.
— Помогаем раненым, — ответил он, — больше ничего.
Я внимательно изучила его. Было заметно, насколько зажатым был язык тела, каким сердитым был взгляд, как он двигался с непривычным для него смятением.
С ним не всё было в порядке?
— А чем Сплетница занимается? — спросила я. — Я вроде как отвлеклась немного, когда все выдвигались.
— Она с Балансом в командном центре. Только что связывалась с нами через браслеты. Они собираются посовещаться с Шевалье, оптимизировать системы защиты. Баланс считает, что сможет установить линии обороны так, чтобы выиграть нам максимально возможное время. Сын был занят затопленными фермами в Новой Зеландии, а в последний раз его видели направляющимся к Южной Америке. Не в ту сторону.
Я кивнула, ощущая разочарование. Не похоже, что мы можем на него положиться. Не в ближайшее время.
— А Кукла, Рапира? Цитрин и Лигейя? Они вместе со Сплетницей и Балансом?
— Нет, они вчетвером сформировали свою группу. Они могут тушить пожары, а Цитрин защищает их от ударов молний, если они не слишком разбредаются. Флешетта стреляет по нему, но не знаю, есть ли от этого хоть какой-то толк. Мы для них не особо полезны, так что делаем что можем здесь, чуть подальше оттуда.
— Поняла, — сказала я. — Можешь как-нибудь с ними связаться?
Он прикоснулся пальцем к браслету, потом нажал кнопку:
— Передай это сообщение Цитрин. Всё хорошо, только что прибыли Рой и чикагские Стражи. Ваш статус?
Ответ пришёл не сразу.
— Сообщение от Цитрин, — ответил браслет голосом, прерывающимся треском. Помехи усилились, когда из устройства донеслось: — Статус зелёный.
— Нет возражений, если мы вам тут поможем? — спросила я у него.
Мрак помотал головой. Он начал отвечать, но новая ударная волна от Бегемота прервала его. Всё заглушил грохот обрушения зданий, которые не были ничем укреплены.
— Никаких возражений, — сказал Мрак, когда грохот затих. Он повторил мой вопрос:
— Есть план?
— Куда там, — сказала я. — Может быть, ещё громоотводы, если будет возможность.
Ближе к месту боя дыма было меньше. В сражении участвовали Легенда и Эйдолон, их атаки поддерживал корабль. Пожары угасали, потушенные или заваленные.
Бегемот был не настолько уж высок, и его сложно было увидеть за уцелевшими зданиями. Я повернулась в сторону и вздрогнула, когда ещё один электрический разряд ударил в громоотвод.
Путь наименьшего сопротивления.
На этот раз Бегемот заметил или наконец решил что-то с этим сделать, потому что снова набросился на Легенду и Эйдолона, заставив тех отступить, а затем направился к конструкции. Он швырнул вперёд электричество в виде двух непрерывных дуг, которые ненадолго соприкоснулись с башней. Секунду спустя молнии сумели вырваться из притяжения башни. Теперь он обращал внимание, куда стреляет, а не просто бил по случайным местам вдалеке, чтобы поджигать всё подряд.