Остальные кейпы наносили различные по урону удары. Янбань построился в защитный порядок, углубляя раны Бегемота лазерами, другие кейпы собрались вокруг группы, поддерживая их огонь.
И всё же он наступал. Воплощённая неизбежность.
Вспышка пламени застала защищающихся кейпов врасплох. Силовые поля и каменные стены остановили пламя и не дали ему достигнуть кейпов, но ничего не могли сделать, когда на траве, зданиях и недавно поваленных, судя по опилкам, деревьях занялся пожар.
Будто живые, языки пламени тянулись вперёд, перескакивали на ближайшие горючие предметы и отрезали кейпов друг от друга. Люди начали расчищать путь отступления, и Бегемот наказал их серией молний.
Голем вступил в бой, поднимая каменные руки, чтобы помешать Бегемоту переставлять ноги, две руки одновременно. Тектон двинулся вперёд и ударил копрами по земле. Дорогу пересекли трещины, разломы, которые должны были помешать распространяться ударам.
— Воронка муравьиного льва! — крикнула я.
— Точно! — отозвался Тектон.
Моя команда включилась в действие, находя те роли, которые они могли сыграть. Грация, Окова и я мало что могли сделать, но поблизости было много раненых, которым нужно было помочь выбраться. Сплав принялся изменять землю и стены, чтобы обеспечить нас лучшей защитой. Вантон расчищал с дороги обломки.
Этот конкретный участок обороны зависел от всего одного кейпа, иностранца, который создавал в воздухе взрывные многоугольники. Отсюда мне теперь было видно, что каждый взрыв запускал вокруг себя эффект замедления времени. Не он ли послужил вдохновением, когда Бакуда создавала те бомбы?
Эйдолон добавил к драке свои способности. Он получил что-то, похожее на набор способностей Александрии, и сейчас бился врукопашную, на короткое время влетая внутрь, чтобы нанести удар, и сразу отступая, раньше, чем смертельная аура Бегемота успеет поджарить его изнутри. Он использовал и другую способность, ту, которую я видела в битве с Ехидной — замедляющий пузырь.
Кумулятивный эффект. Кумулятивное замедление. Каждый взрыв прибавлял немного к замедлению, а пузырь времени Эйдолона оказывал общее воздействие, помогая всем. Как это, интересно, работало, когда ты пытаешься шагать вперёд, но верхняя половина твоей ноги движется во времени быстрее, чем нижняя? Какое натяжение при этом создавалось? Было ли возможно такое, что при определённом усилии нога просто оторвётся?
Даже если это и было возможно, Бегемоту было до такого уровня далеко. Но, так или иначе, это, похоже, играло роль в том, как медленно двигался Бегемот. Он увязал всё сильнее и почти остановился, когда одна его нога провалилась в муравьиную ловушку Тектона.
Но лишь до тех пор, пока Губитель не нанёс по группе кейпов серию разрядов с такой интенсивностью, что я на мгновенье потеряла способность дышать.
Все взрывные многоугольники пропали.
Он рванулся вперёд, и даже прямого удара Александрии не хватило, чтобы его остановить. Ударная волна рассеялась скорее в воздухе, чем в земле, и всех летающих кейпов в пределах видимости отбросило назад.
Губитель перешёл на бег, если это можно было назвать бегом, и вряд ли нашёлся бы кто-нибудь, кто сумел бы преградить ему путь. Он, не обращая внимания на кейпов, ударил по пространству за ними, поразив здание, сверху которого были установлены две массивные пушки, и ещё улицу и крышу, на которой стояло нечто вроде огромной катушки Теслы. Огонь, молнии и ударные волны разорвали защитные сооружения до того, как их успели привести в действие.
У нас не было организованности. Наша командная структура развалена. Сплетница пропала, и либо мертва, либо слишком пострадала, чтобы сражаться.
Он выстрелил в одно место молнией, и взрывчатка, укрытая там, сдетонировала. Через мгновение включилось мощное силовое поле, и взрыв был локализован внутри, вырвавшись кумулятивной струёй в небеса.
Целых двадцать или тридцать секунд небо было объято огнём, а Губитель продирался сквозь наши укрепления, направляясь к зданию, на крыше которого собрались кейпы. На первый взгляд, среди них не было наших атакующих кейпов. Это были наши Умники, Технари, те, которых должна была прикрывать линия обороны.
Та женщина в костюме отказалась посвящать нас во вторую теорию о том, почему её сила не могла просто разрешить проблему Губителей.
Ответ, которым я не стала делиться с остальными Стражами, был прост. Она могла видеть пути к победе. Возможно, когда дело касалось Губителей, ей просто нечего было видеть.