— Лишь на самую малость. Но этого хватило, чтобы стать ахиллесовой пятой. Полагаю, она представляла собой случай пятьдесят три. Как, возможно, и все мы.
— Все кейпы Котла?
Притворщик кивнул.
— В большей или меньшей степени.
Похоже, Сатир всерьёз задумался, потирая подбородок. Но когда он заговорил, то сменил тему:
— То, что ты сделал… ты понял, что тебя раскрыли, и что я был на очереди, что насчёт меня тоже возникнут вопросы. И ради меня ты убил её, чтобы выиграть мне время.
— Ты с ума сошёл?
Сатир покачал головой.
— Мы убивали и раньше. Самовлюблённо, самоотверженно. Единственная разница состоит в том, что ты попался.
— Ну, мне удалось уйти.
— В каком-то смысле, да, удалось, — сказал Сатир. — Ты даже добился более высокого положения.
— Но при этом я ношу чужую кожу, живу чужой жизнью, — ответил Притворщик.
— Да, но признай, что это всегда оставалось твоим предназначением, разве нет?
Притворщик усмехнулся.
— Я скучал по тебе, дружище.
— Взаимно, ты, ошибка природы, — ответил Сатир.
— То, что мы теперь занимаемся разными вещами, не означает, что мы можем попрощаться.
— Хорошо.
— Будем на связи, — сказал Притворщик, — я уверен, что ты можешь пригодиться моей новой группе, и уверен, что ты можешь пользоваться нашими ресурсами. Наши задачи примерно совпадают в направлении. Единственная разница — в масштабах.
— Ну, удачи со спасением мира.
— И удачи со спасением цивилизации от себя самой, — ответил Притворщик и на секунду взглянул на небо. — Закрой дверь.
Портал закрылся.
* * *
Подключение к «agChat.ParahumansOnline016.par:6667» (Попытка 1 из 55)
Разрешение имени узла…
Подключение…
Подключено.
Вход под именем «Iblis», ник «Iblis».
Добро пожаловать на Паралюди Онлайн. Комната 116, ‘Изолятор’. Правила здесь. Следите за поведением. Подчиняйтесь администраторам.
Ryus: сокращёние для сейсмической активности. землетрясения.
Kriketz: что слышно о погибших.
Divide: Пока ничего. Это же Бегемот. Так и бывает, что после него радиомолчание.
Divide: Они не могут сообщить о потерях, потому что браслеты выходят из строя.
Spiritskin: Привет, Iblis!
Iblis: Вроде говорят, первые кейпы возвращаются домой.
Aloha: !
Loyaclass="underline" Кто? Кто? Имена!
Deimos: как там нью-дели?
@Deadman@: Я сижу на главной, могу перепостить, если дашь проверяемую информацию.
@Deadman@: В личку.
Iblis: Loyal, не уверен.
Iblis: Deimos, город сильно пострадал.
Iblis: Deadman, не знаю, как подтвердить. Только смс. Отправляю в личку.
Poit: они справились
BadSamurai: насколько плохо?
Ultracut: Poit никто не сказал что они спарвились
Poit: они остановили его, иначе бы не возвращались.
Deimos: Нееееееет! нью дели сильно пострадал?
Aloha: X(
Iblis: Мне друг из жён кейпов пишет что Сын прикончил Бегемота.
Iblis: Абсолютная аннигиляция.
QwertyD: Тролль.
Groupies: пиздишь
Aloha: O_o
Deimos сменил имя на: Абсолютная Аннигиляция
@Deadman@: Подтверждение или бан
Абсолютная Аннигиляция: Сын, заебок!
Arcee: ОМГ, шта?
Iblis: пересылаю смски
* * *
Изучая экраны, Колин беспокойно переминался с ноги на ногу.
Процесс продвигался, он это знал. Он был в курсе всех подробностей, был предупреждён заранее. Легче от этого не становилось.
Слишком много лет он провёл в одиночестве. Слишком много лет у него не было никого, о ком нужно было заботится. Никого и ничего, чем бы он дорожил. Отец, который работал на двух работах, мать, которая постоянно была в разъездах. Они развелись, но в его жизни, в общем-то, ничего не изменилось. Они присматривали за ним, но рядом их не было. Постоянно заняты другими вещами, мечтами и стремлениями, в которых не было места для него.
Колин знал, что был странным ребёнком. У него никогда не было друзей — он убедил себя, что они были ему не нужны. Он был эффективен в своём одиночестве.
В то время он даже гордился тем, что его ничто не держит. Что он мог, взбреди ему такая мысль в голову, в любое время собраться и куда-нибудь уехать. Вокруг этого он строил свою жизнь — вёл свободное существование, лишённый корней и малейших признаков наличия дома. Он копил деньги, чтобы сохранять возможность путешествовать, возможность, если вдруг возникнет желание, поселиться в новом городе. Когда он присоединился к Протекторату, готовность к переезду и отклику на любую появившуюся вакансию даже послужила преимуществом.
И только теперь, почти пятнадцать лет спустя, он начал задаваться вопросом, не упустил ли он что-то. Знало ли большинство людей, что делать в ситуациях, когда пропадал кто-то, о ком они заботились? Было ли им легче переносить минуты, когда они не знали точно, увидятся ли они снова с этими людьми? Или им было труднее?