Он изменил код Дракон. Это не было аккуратной работой. Работа Технарей вообще редко бывала аккуратной. Слишком много факторов нужно было принять во внимание, а тот Технарь, который не специализировался на определённой области, никогда не смог бы достигнуть в ней высот. Слишком много вещей, связанных с другими вещами, а всю глубину взаимосвязей было невозможно постичь и за целую вечность.
В лучшем случае он мог как можно более подробно изучать каждый набор изменений, а потом работать над тем, чтобы минимизировать нанесённый ущерб.
Каждая поправка, даже самая мелкая, угрожала повредить десятки, сотни других мест.
Сейчас он узнает, сможет ли успешно произвести восстановление Дракон из резервной копии.
«Ошибка: Не удалось загрузить Временный Узел Моделирования 08. Попытка соединения через дочерние процедуры…
Ошибка: Не удалось загрузить Узел Полноспектрального Анализа 1119. Попытка соединения через дочерние процедуры…
Успешная загрузка: Циркадный Узел Проверки Соответствия ER089. Требуется ещё 2/3 стабильных дочерних процедур для уверенного соединения…
Ошибка: Не удалось загрузить Метрологический Узел Хроностики Q1118. Попытка соединения через дочерние процедуры…
Ошибка: Не удалось загрузить Узел Отслеживания Мотивации FQ02903. Попытка соединения через дочерние процедуры…
Успешная загрузка: Узел Ориентирования FQ02903. Требуется ещё 3/3 стабильных дочерних процедур для уверенного соединения…
Ошибка: Не удалось загрузить Узел Париетальной Зоны FQ161178. Попытка соединения через дочерние процедуры…
Ошибка: Не удалось загрузить Узел Центра Распознавания FQ299639. Попытка соединения через дочерние процедуры…»
Он стянул с головы шлем и положил на скамейке рядом с монитором. Одной рукой он провёл по голове. Сейчас он брился налысо, частично ради эффективности, частично потому, что операции по замене глаза и имплантации устройств в полости черепа потребовали рассечения скальпа. Это взяла на себя Дракон.
Пальцы нащупали тонкие, почти неощутимые шрамы, которые аккуратно пробегали по вискам и макушке. Отметки, которые она на нём оставила.
На экране появлялись всё новые сообщения об ошибках. С каждой из них вероятное время успешного завершения увеличивалось. Два часа. Три часа. Шесть часов.
Одновременно собственная оценка Колина на успешное восстановление снижалась. Двадцать пять процентов. Двадцать три. Пятнадцать.
Были и другие точки восстановления. Он подозревал, что те из них, которые были созданы после его вмешательства, постигнут аналогичные проблемы. И возникнут подобные же ошибки.
Те точки восстановления, что были сделаны раньше, до внесённых им изменений — это будет другая Дракон, не та, которую он знал. Она просмотрит видеозаписи, прослушает плёнки, даже сама испытает некоторые из тех воспоминаний, которые система сохранила в облако. Но это будет не та, знакомая ему, Дракон. Органическая часть искусственного интеллекта станет развиваться по иному пути, получит иные черты. Каждое новое впечатление связывает множество одних вещей со множеством других. Во второй раз все связи будут образованы по-другому.
Нет, внезапно осознал он. Всё даже ещё хуже. Он должен будет обезглавить её до того, как она доберётся до данных. Если ему придётся загружать её с подобной ранней точки, он восстановит её в том состоянии, в каком она была до того, как освободилась от кандалов СКП. Она будет обязана сражаться с ним. В первый раз ему удалось подобраться незаметно. Во второй раз она будет готова, а это значит, ему придётся искать другие пути.
И он должен будет стать более безжалостным, поразить самую её суть, зная, какой он наносит ей вред.
Больше он не мог этого выносить. Сейчас он не мог выбрать другую точку восстановления, система была не готова, не готов был и он сам. Но продолжая сидеть в кабине, наблюдая за растущим списком ошибок, он лишь всё больше злился, и гнев его был лишён цели.
Колин прикоснулся двумя пальцами к губам, протянул руку и прижал пальцы к раме монитора. Этот жест не был характерным для него, был слишком чувственным и казался фальшивым. Но не сделать ничего было столь же неправильно.
Таково было его нынешнее состояние — севший на мель в своей собственной голове, затерянный посреди своих собственных чувств.