Телефон Шелкопряд издал сигнал. Секундой позже, завибрировал и телефон Гленна. Он проверил его.
«Пожалуйста, пройдите в комнату F для обсуждения действий Шелкопряд».
Он закрыл окно с сообщением.
— Спасибо, — сказала Шелкопряд. — Наверное. Мне пора идти.
— Мне тоже. Пойдём вместе? — предложил Гленн.
Шелкопряд кивнула. Стайка её бабочек сопроводила их к выходу из кабинета.
Гленн заговорил, не глядя на неё:
— Я не жду, что понравлюсь тебе. Никогда и не надеялся. Первая и самая крупная проблема, с которой ты столкнулась — это твой образ. Подозреваю, что даже сейчас она никуда не делось. Образ так и будет оставаться твоей проблемой, особенно сейчас, когда ты в центре внимания.
— Угу.
Гленн потянулся и достал из кармана жилета коробочку. Он открыл её, достал визитку и вручил ей.
— Мой номер. На случай, если понадобится совет. Звони на мобильный. Рабочий номер наверняка не останется моим надолго.
Шелкопряд уставилась на визитку. Ей не было нужды смотреть, куда она идёт, так как бабочки проверяли дорогу. К ним присоединялись и другие насекомые.
— Только сделай мне одолжение, — сказал Гленн.
Шелкопряд взглянула на него.
— Подружись с тем, кто заменит меня, кого бы они ни взяли на это место. Слушай его. Можешь не любить, но прислушивайся. Это не повредит.
Она кивнула, посмотрела на визитку и снова подняла взгляд.
— А могу я спросить совета прямо сейчас? Это насчёт моего отца.
* * *
— Отступник?
Отступник не мог сдвинуться с места, поскольку удерживал тяжёлую бетонную плиту, предоставляя доступ команде спасателей. Курсором, встроенным в глаз, он выбрал команду «ответ» и закрыл вентиляционные отверстия вокруг рта.
— Тиамат Два, придержи пока все сообщения.
«Я не готов к этому. Только не сейчас».
— Это я.
Часть 25. Скарабей
Часть 25. Скарабей
25.01
— Это именно то, о чём я говорил. Она создаёт опасное влияние.
— Она шестнадцатилетняя девочка со стойкими убеждениями, Вилкинс, — ответил Армстронг. — Ничего более. Она придерживается их и своего взгляда на мир, из-за чего эмоционально уязвимые люди тоже начинают в это верить. Сектанты пользуются тем же эффектом, только в их случае это организовано специально. Они изматывают людей, держат в страхе и морят голодом, а затем появляется кто-то авторитетный, готовый помочь.
— Ты хочешь сказать, она непреднамеренно стала лидером секты?
— Она оказалась в положении, в котором очень легко повлиять на мнение людей. Под критерии, которые я описал, подпадают многие паралюди, — сказал Армстронг и посмотрел на Гленна, сидевшего с явно несчастным видом. — И, очевидно, некоторые из наших работников.
— Мне кажется, вы говорите не о том, — заметила я. — Вы имели в виду Рапиру, как я поняла, и Куклу, а сейчас Стражей Чикаго и Гленна. Но все свои решения они принимали, когда меня и близко рядом не было. Если только вы не хотите сказать, что я каким-то образом управляю их мыслями.
— Нет, — возразил Армстронг. Его фамилия ему не подходила, он скорее напоминал мне моего папу, хотя его челюсть выдавалась вперёд, а форма черепа создавала впечатление, что он всё время смотрит исподлобья. — Не важно, что тебя не было рядом. Посыл и идея надолго остаются в головах, даже если тебя уже нет поблизости.
— Тектону просто нужен был кто-то способный принимать решения, кто-то на замену Лучеманту, — ответила я. Кажется, он защищал меня, но это не особо помогало.
— Мы смотрели видео, — сказал директор Вилкинс. — Мы знаем, что он сказал. Думаю, лучше тебе помалкивать.
Я закусила губу и уставилась в стол.
— Ну ладно, — начал Гленн. — Что сделано, то сделано. Могу я предложить, поскольку день был действительно долгим, разойтись? Все присутствующие всё равно будут здесь завтра утром.
— Мне кажется, что это хорошая мысль, — согласился Армстронг. Несколько человек за столом кивнули.
— Мы всё решим сегодня, — отрезал Вилкинс.
— Девушка устала, она сейчас заснёт прямо на стуле, — заметил Гленн. — Или вы хотите всё решить, пока Шевалье в больнице?
— Шевалье здесь ни при чём, — возразил Вилкинс. — Это дело СКП.
— Согласен. Если бы он был в состоянии высказать своё мнение, это было бы кстати, но решение будет принимать не он, — сказал директор из Вашингтона.
Он напоминал мне Суинки, хотя и не был настолько толстым, как она. Плотным, да, но не жирным. Скорее он напоминал её манерами, интонациями речи и подходом к делу. Его седеющие волосы были коротко подстрижены, а бледная кожа лица и тёмные круги под глазами делали его похожим на труп. Директор Вест.