— Я слишком устала, чтобы разрабатывать стратегии, Гленн.
— Подумай. Что движет директорами? Первая мысль, что приходит в голову?
— Страх.
— Чего? — тут же спросил он.
— Меня?
Он помотал головой.
— Точнее. Если они не примут меры сейчас, что случится в долгосрочной перспективе?
— Они потеряют надо мной контроль.
— Люди заметят, что СКП не способна контролировать всех своих героев. И некоторые воспользуются этим. Случившееся будет крахом, разрушением самих основ.
— Разве это не то, чего вы хотели, — спросила я, — от своего «предвестника»?
— Именно этого. Понимаешь, что я сейчас хочу предложить?
— Вы хотите, чтобы я сделала первый ход. Достаточно сильный, чтобы потрясти их, нарушить статус-кво, но не настолько сильный или прямолинейный, чтобы нарушить условия моего испытательного срока или дать им повод задействовать против меня закон.
— Если никто не найдёт какого-либо повода, к концу недели ты будешь со Стражами. Как думаешь, ты с этим справишься? Всё получится?
— Возможно, — сказала я.
— Как только внимание общественности от тебя отвернётся, ты станешь уязвимой. Ты получила отсрочку, но когда начнёшь действовать, то должна действовать решительно. И раз уж начнёшь, останавливаться будет нельзя. После первого твоего шага, у них появится возможность ответить, и тебе придётся продолжать действовать. Понимаешь?
— Да.
— Всё время думай о последствиях и о масштабе своих действий. Используй свои стратегические навыки. И прежде всего, будь терпеливой.
* * *
— Слушание по делу два-семь-два-четыре, Шелкопряд.
Я встала.
— Здесь.
— Касательно вопроса протоколирования, подтверждаете ли вы, что ваше полное имя и личность являются достоянием общественности и комитет вправе свободно использовать эти сведения?
— Подтверждаю.
— Представьтесь для протокола.
— Тейлор Эберт.
— Дата рождения.
— Девятнадцатое июня 1995 года.
— Вы несовершеннолетняя.
— Да.
— Признаёте ли вы, что никто не принуждал вас к участию в этой процедуре?
— Я здесь по собственной воле.
— Вам не предлагали каких-либо денежных средств или не пытались вовлечь каким-либо другим способом, не указанным в деле?
— Насколько мне известно, всё было открыто.
— Так как вы несовершеннолетняя, мы вынуждены настоять на присутствии опекуна или квалифицированного специалиста, который поможет вам в этой процедуре и подтвердит ваши показания.
Прежде чем я успела что-либо сказать, я услышала, как позади меня заскрипел чей-то стул. Кто-то встал.
— Её отец.
Я почувствовала, как ёкнуло сердце. Я не видела его, когда оглядывала толпу, и не использовала насекомых. Не хотелось кого-то тревожить. Я продолжила смотреть вперёд.
— Не могли бы вы подойти?
Я слышала, как он идёт, но не повернулась посмотреть. Чёрт, я всё ещё злилась, всё ещё испытывала обиду, несмотря на чувство облегчения. Он подошёл и встал рядом со мной. Я взяла его за руку и крепко сжала, он сжал мою в ответ.
По крайней мере, сейчас он был здесь. Может, не тогда, когда я была в тюрьме, не тогда, когда я начала свои поездки в команды Стражей, но сейчас он был здесь.
— Ваше имя?
— Денни Эберт.
— Для протокола, повторите ещё раз, кем вы ей приходитесь?
— Я её отец.
— Вы осведомлены о её правовом статусе?
— Осведомлён.
— И вы прочитали документы, содержащие подробную информацию о её испытательном сроке в Стражах? Документ два-семь-два-четыре-А?
— Да.
— Вы прочли заявление и сопроводительные документы, предоставленные Тейлор Эберт, также известной как «Шелкопряд», документ два-семь-два-четыре-Б?
— Да.
— Вы подтверждаете, что все сведения, изложенные в указанном документе, правдивы, согласно тому, что вам известно?
— Да.
Я наблюдала, как члены комиссии просматривают лежащие перед ними документы.
Сердце колотилось, и не только из-за неожиданного появления отца. Вот он — момент, от которого зависело моё будущее.
Я нажила врагов в высших кругах СКП. Вопрос был в том, не предпримут ли они какой-либо манёвр, не сделают ли что-то подлое, чтобы навредить мне, испортить рассмотрение моего дела, не оставив мне никаких других вариантов, кроме как отправится за решётку.
— Я полагаю, все просмотрели документы? — наконец заговорил сидящий в центре человек, взглянув на остальных в ожидании согласия. — Дело два-семь-два-четыре соответствует требованиями по вступлению в Стражи на испытательных условиях. Ей необходимо будет следовать условиям, изложенным в документе два-семь-два-четыре-А. Их несоблюдение приведёт к возвращению в исправительное учреждение умеренного типа для отбывания оставшегося срока в полтора года либо до наступления восемнадцати лет, в зависимости от того, что наступит позже. Кроме того, неисполнение испытательных условий приведёт к конфискации любого имущества и прав, предоставленных СКП, и удерживание их до достижения ею возраста совершеннолетия. Вам понятны эти условия?