— Возможно, — ответила я. — Но я ненавижу чувствовать себя беспомощной.
— Частично, ты чувствуешь себя так потому, что ждёшь, когда к тебе придут благоприятные возможности. Ты ждала Губителя, чтобы в невообразимо напряжённой обстановке проявить свои таланты. И мне кажется, это хорошо, что тебе пришлось ждать, что у тебя появилась возможность перевести дыхание. Мне кажется, тебе следует постараться сохранить это состояние спокойствия. Это может помочь изменить твой образ мышления к лучшему.
Совет был похож на то, что сказал мне на прощание Гленн, но кое-что отличалось. Миссис Ямада была бы рада, если бы я ждала вечно. Гленн предпочёл бы, чтобы я начала действовать.
Время действовать пришло, что бы ни говорила миссис Ямада.
— Спасибо, — сказала я.
— Ты чувствуешь себя лучше?
— Не намного, — призналась я. — Даже не уверена, что понимаю всё, что чувствую. Но мне кажется, что теперь у меня появилось что-то, напоминающее план. Это важно для меня.
— Затем я здесь и сижу. По крайней мере, буду сидеть ещё час, а потом улечу обратно в Бостон. Я вернусь в следующую пятницу, когда закончу ещё один круг.
— Здорово, — сказала я. — Я рада, что сегодня вы оказались здесь.
— Я тоже, — ответила она.
Когда я встала, она тоже поднялась, подошла поближе и обняла меня.
Я не знала, насколько это было нормально, но как-то раз я отметила, что меня почти никто не обнимает, и что мне этого не хватает. Она спросила, может ли она меня обнять.
Постепенно объятия в конце разговора стали чем-то вроде привычки. Я улыбнулась ей и ушла.
Вернувшись в общую комнату, я села за компьютер. Остальные всё ещё следили за трансляцией. Герои заморозили полузатопленные обломки самолёта и готовились ввести карантин.
Что бы ни послужило причиной этой атаки, я сомневалась, что в ближайшее время это станет известно.
Так что я села за компьютер и залогинилась. Таймеры продолжали отсчёт.
После того, как я обновила таймер Губителей, экран стал показывать:
Ожидаемое появление Губителя: 149:22:59:59
Ожидаемый конец света: 579:07:14:53
Отсчёт продолжался.
Миссис Ямада была права, размышляла я, открывая файлы местных криминальных боссов и главарей военизированных группировок. Я абсолютно зря ждала появления благоприятных возможностей. Если я планировала действовать так, как предложил Гленн, планировала сделать точно рассчитанный ход, то мне нужно было что-то предпринимать, а не ждать возможности того масштаба, что была у нас в Нью-Дели.
Я смотрела на остальных и думала, будет ли мне лучше манипулировать ими или играть в открытую. Манипуляция была в каком-то смысле добрее, она освобождала их от ответственности и вины. Просто организовать всё так, чтобы мы оказались в нужном месте в нужное время, спровоцировать одну из местных группировок, заранее спланировать схватку…
Нет.
В Протекторате Шевалье, если отбросить в сторону все плюсы и минусы, честность ценилась больше. Я хотела использовать сильные стороны Рой, её безжалостность, но при этом хотела также быть героем. Этот подход лежал в основе того, чего я достигла в Нью-Дели.
— Тектон, — позвала я, увидев портрет суперзлодея в маске, на которой было перевёрнутое лицо. Постоянный игрок, закрепившийся на границе города и обитавший там уже почти десять лет.
Не слишком ли хорошо он закрепился? Я не хотела повторения провала с АПП. У честности были свои плюсы. Возможность задать вопрос, получить ответ.
— Да? — спросил он.
— Я хотела бы кое-что обсудить.
25.03
Ветер сдувал снег, скопившийся на плоской крыше, и сносил его вниз, в сторону заснеженной мостовой. Он попадал под свет фонарей, придававший ему мягкий, почти люминесцентный блеск, где потоки воздуха снова подхватывали его, закручивая в сложные, замысловатые узоры.
Говоря прямо, мне было невообразимо скучно.
Слежка… В кино она выглядит гораздо интереснее. На деле же выходит даже хуже, чем в телешоу, когда ничего не происходит, и сами копы жалуются, что им скучно.
Нет, это был совершенно особый вид скуки, поскольку мне было сказано по возможности совсем не двигаться из-за полупроцентной вероятности, что объекты наблюдения в здании на другой стороне улицы выглянут в окно и в одном из тысячи случаев смогут разглядеть на фоне снега мой серо-белый костюм.
Такая скука, при которой мне даже не разрешалось слушать музыку или читать.
— Шелкопряд, — раздался голос в наушнике.
— Поговори со мной. Пожалуйста.
— Шеф полиции и мэр общаются с Фестиваль и директором, — уступила Грация. — Подумала, что ты захочешь быть в курсе последних новостей.