Рейчел и Голем вместе отодвинули брезент в сторону.
За ним скрывался телевизор.
— Кассета уже внутри, нужно только нажать на кнопку воспроизведения, — сообщил мужчина, сидящий на краю лестницы.
— Так, погоди-ка, Шелкопряд! Кто это сейчас был? — спросила Фестиваль.
— Кто? — переспросила я. — Что ты имеешь в виду?
— Посмотри направо.
Я посмотрела. Другой кусок брезента, множество трупов, мужчина на краю лестницы теперь встал во весь рост, зубцы на верхней части ограждения лестницы, а за ними — домики, рестораны, отели и мотели, дальше простирался город, а за ним, на горизонте — очертания горных вершин.
— Не уверена, что понимаю, о чём ты, — сказала я.
— В чём дело? — спросил Мрак.
— Не знаю. Со мной связалась Фестиваль, но она ведёт себя странно.
— Ну вот же, — произнёс мужчина. — Давайте я вам помогу.
Остальные расступились, пропуская его ко мне, Голему и телевизору с магнитофоном. Он потянулся к кнопке на магнитофоне.
Я поймала его за запястье.
— Он опасен! — предупредила Фестиваль.
— Прошу прощения? — вежливо поинтересовался мужчина.
— Атакуй.
Атаковать?
Я чуть потрясла головой, отпуская запястье мужчины.
— Спасибо за предложение, сэр, но давайте не будем рисковать и проверим сперва, не ловушка ли это.
— Не могу с вами не согласиться, — ответил он с улыбкой.
— Это просто безумие, — проворчала Фестиваль. — Слушай меня.
— Сплетница, ты нас прослушиваешь? — спросила я.
— Да.
— Сплетница? — переспросила Фестиваль. — Да идите вы все к чёрту. Это неважно. Слушай, Тейлор, в силу вступают протоколы Властелина и Скрытника. Твои чувства искажены, поняла?
Я почувствовала, как немного участился пульс.
— Поняла.
— Справа от тебя есть человек. Не член команды, ни бывшей, ни нынешней. Мне нужно, чтобы ты убила этого человека, не спрашивай, почему, не задумывайся об этом слишком сильно. Вытащи нож.
Я вытащила нож.
— Смотри. Я скажу тебе, кого атаковать.
Я посмотрела направо, взгляд упал на Рейчел. Со стороны Фестиваль было несколько самонадеянно не считать её членом команды. Она, конечно, не всегда играла по правилам, но честно вносила вклад в общее дело.
— Нет, справа от неё.
Я скользнула взглядом по мужчине и уставилась на Голема.
— Я скорее поверю, что ты — просто голос у меня в голове, который пытается меня запутать, чем в то, что Голем что-то задумал, но…
— О дьявол, — выдохнула Фестиваль.
— Ладно, я поняла, — подключилась Сплетница. — Тейлор, будь добра, отдай приказ погрузиться во тьму.
— Уходим во тьму, — сказала я.
Слева от меня Мрак окружил себя стеной плотной тьмы.
Ничего не произошло.
— Не сработало.
— Жди.
Из горла мужчины брызнула кровь. Мы отступили от него, и я поспешила удержать Рейчел, чтобы та не наступила на второй кусок брезента. Мы ошеломлённо наблюдали, как кровь изливается из раны.
— Эй, — раздался совсем рядом женский голос. — Будьте любезны, сообщите мне, нет ли каких ловушек у подножия лестницы?
— Кто… — начал Голем.
— Просто скажите.
— Кислота, — произнесла я, поднимая нож, чтобы в случае чего защититься.
Появилась Чертёнок и пнула истекающего кровью мужчину в спину. Он скатился по лестнице, оставляя за собой брызги и пятна крови, а затем приземлился на груду тел и начал кричать, издавая булькающие звуки.
Я видела, как Шевалье и остальные застыли в шоке, приняв боевые стойки, не понимая, как на такое реагировать. Похоже, что Шевалье с кем-то переговаривался, жестикулируя свободной рукой. Может быть, с Фестиваль?
— Это чисто моя фишка, — бросила Чертёнок вслед умирающему мужчине.
Я сразу поняла, когда он умер, потому что пробелы в моём восприятии начали заполняться.
Свой Парень, догадалась я. Насколько же я недооценила его способности. Я знала, что он может быть в их списке, думала о нём, даже напоминала себе, что нужно быть готовой к тому, что он себя проявит — и в ту же секунду, как мы на него натолкнулись, он стал просто одним из лиц в толпе. Невозможно было увязать его с описанием.
Я наблюдала, как его разъедает кислотой, как по коже расплываются ожоги, надуваются пузырями возле носа и ушей.
— Спасибо, Сплетница, — сказала Фестиваль.
— На здоровье.
— Думаю… что смогу выносить твоё присутствие на этом канале. Если только ты не выкинешь что-то такое, что заставит меня пожалеть о своих словах.
— Я бы всё равно помогла. В общем. Минус ещё одна ловушка. Но помните — у него есть ещё восемь копий.