Я повесила трубку.
— Не могу поверить, что ты вырезала ему глаза, — сказала Солнышко. Мы быстрым шагом шли туда, где оставили Лабиринт.
— Он исцелится, — заметила я. — Рано или поздно.
— Ты ослепила того, кто был беспомощен, не мог сопротивляться. Это мерзко!
Я не могла ничего ответить на это. Мерзко или нет, это было необходимо. Я не могла всё просто так оставить, зная, что иначе он вернётся к своим обычным делам уже к концу дня. Я остановила его, как могла.
Хорошо, ладно, я готова была признать, что средства были немного сомнительными. Я билась рука об руку с мерзкими людьми, и я искалечила Луна. Позволив уйти Фенье, Менье и Кайзеру, я, фактически, закрыла глаза на то, что они сделали с людьми Луна. Но, в конце концов, я победила ужасного человека — именно этим я желала заниматься, когда хотела стать супергероем.
Я лишь надеялась, что герои смогут справиться с ситуацией, и уж на этот раз отправить Луна за решётку.
— Эй, Сука, — спросила я, — почему ты вернулась? — Я не могла лучше выразиться, не оскорбляя её, но я хотела знать, почему она вернулась, вместо того, чтобы доставить к доктору Тритона и человека Выверта.
Сука сидела верхом на Бруте, выпрямившись. Она, казалось, поняла, что я хотела сказать.
— Другой солдат сказал, что он — обученный медик. Сказал мне, что справится, потому я вернулась к сражению.
— Ах, — сказала я. — Поняла.
Сука не солгала, я убедилась в этом, когда мы приблизилась к остальным из нашей группы. Тритон был перевязан и не спал, а другой солдат лежал без сознания. Возможно, под действием обезболивающего.
— Вы его сделали, — усмехнулся Тритон.
— Еле-еле, — признала я. — Ты в порядке?
— Я крепче, чем выгляжу, — ответил он. — Преимущество моей, хм, уникальной биологии.
— Здорово, — ответила я, чувствуя себя глупо, потому что у меня не нашлось лучшего ответа, но я не могла придумать ничего, что не звучало бы слишком натужно или, хуже того, с сарказмом.
— Этот парень сказал, что вы, ребята, вероятно спасли мне жизнь, — Тритон указал большим пальцем в сторону бодрствовавшего человека Выверта.
— Честно говоря, я с трудом верю, что ты прямо сейчас жив и говоришь, — ответил медик.
— В любом случае, спасибо, — сказал Тритон, его взгляд переместился с меня на Солнышко, затем на Суку и обратно.
— Да без проблем, — ответила ему я, снова чувствуя себя неловко. Смущённо я искала повод сменить тему. — Слушайте, мы должны убраться отсюда в течение ближайших минут. Кейпы, полицейские и машины скорой помощи уже в пути, чтобы разбираться с последствиями.
— Хорошо, — сказал Тритон. — Но я должен спросить... вот это доставила небольшая армия тараканов?
Он улыбался, когда указал на место рядом с тем, где он лежал. Там были пачки денег в бумажных пакетах, сложенные в кучу.
— Я и забыла, что сделала это, — признала я. — Я чувствовала, что если мы отступим, будет как-то неправильно оставить деньги АПП, потому я приказала насекомым собрать трофеи. Каждый может взять по пакету.
— Мы можем взять их? — уточнил Тритон. — Ты уверена?
Я пожала плечами в ответ. Деньги не имели для меня большого значения.
— Считайте это премией, благодарностью за помощь. Деньги, гм, разделены не поровну, так что пусть никто не обижается, если какой-то пакет окажется набит однобаксовыми купюрами.
— Без обид, — сказал Тритон. Он вытянул хвост и использовал его, чтобы обхватить и поднять пакет. Человек Выверта протянул ему руку, и Тритон выдохнул и поморщился, вставая. Он немного покачнулся на ногах, затем взялся рукой за плечо Лабиринт, чтобы не упасть. Солнышко подобрала пакет и медик/наводчик Выверта взял два.
Лабиринт брать не стала, потому я подошла, схватила один пакет и протянула ей. Она не отреагировала.
— Я возьму это для неё, — предложил Тритон.
— Она в порядке?
— С ней... почти все нормально. Для неё нормально, во всяком случае.
Он забрал пакет, оставляя три для меня и Суки, но никто на это не пожаловался, и не сделал нам замечание.
— Подвезти вас, ребята? — спросила я.
Тритон помотал головой, затем указал на крышку люка на нашем пути.
— Через люк мы вернёмся в одно из наших укрытий. Знакомая для меня территория.
— А нормально соваться туда с твоей раной? Я имею в виду, может, я скажу банальность, но ведь там будет довольно грязно.
Он улыбнулся.
— У меня не может быть инфекции. Думаю, моё тело ядовито для бактерий и паразитов. Насколько могу припомнить, я никогда не болел.