Все силы питались от большего целого, каждая была кусочком большей конструкции.
Кусочком этих рыбо-кито-червей Эйдена.
Но это не то.
Нет. Это не сходилось по времени.
Было кое-что ещё.
— Как боги, — сказала она, вспоминая.
— Как вирусы, как боги, как дети, — сказала Шарлотта, — ты сказала это в тот день, когда мы впервые встретились.
Как вирусы, заражающие клетку, превращающие её в производителя новых вирусов, разлетающиеся в стороны, чтобы заразить ещё больше.
Как боги. Так много мощи, собранной вместе. Все силы происходили от них.
Как дети. Невинные?
Чистый лист.
— Ох! — выдохнула Сплетница.
— Сплетница? — спросила Сьерра.
— Ох же чёрт!
* * *
— Я не… дарвинист… — прохрипел Джек, — Без этой… всякой херни… Ох! Я… Думаю, всё просто…
Он продолжал стонать. Чтобы задействовать выключатель боли, требовалось несколько секунд и сознательное усилие. Войдя в ритм, он мог с каждым циклом выиграть пару секунд без боли. Это было вопросом концентрации, а он её терял.
— Всё проще. Мы, монстры, и… психопаты, тяготеем к… к тому, чтобы быть… быть хищниками, потому что мы изначально… хищники. Нам всем приходилось… охотиться. Приходилось быть… жестокими, беспощадными…
Он прервался, и несколько циклов просто корчился от боли.
— Чтобы выжить. Жестокость творила нас… или ломала нас… тогда… в самом начале.
Сущность была терпелива. У неё хватало времени.
* * *
Святой слегка качнулся в кресле.
Информация продолжала стекаться к нему через десятки разных каналов.
Это было слишком. Слишком много всего, но по ходу дела, каким-то образом они победили.
Джек был пойман. Всё было тихо.
До тех пор, пока он не заметил, что кто-то ломится через слои парольной защиты Дракона. Серия личных вопросов, от любимой текстуры до дружеского прозвища Дракона и первых результатов игры в десять на десять.
На первые два были по очереди даны ответы.
Отступник? Пробирается в систему?
Нет, слишком грубо, слишком очевидно.
Неизвестный замешкался перед последним вопросом.
Несколько долгих мгновений Святой ждал, затем увидел, как неизвестный вызывает Отступника. Три вызова, один за другим с интервалом в одну-две секунды. Затем электронные письма, и в СКП, и Отступнику.
Святой перехватил вызов.
— Блядь, ну наконец-то!
— Сплетница, ты что это заду…
— Заткнись и слушай, засранец! Это Сын. На нём всё завязано. И я только что догнала, что он наверняка может чувствовать Джека! Доставьте Мрака обратно на площадку, закройте Джека тьмой немедленно! Давай, давай, давай!
— Мэгс! Добрыня! — закричал он, — доставьте Мрака обратно на место сейчас же! Это оно!
— Делаем, — раздалось в ответ. И через несколько секунд: — Мрак в четырёх милях!
— Телепортатора, — предложил он.
— Ни один не пережил последние битвы с Губителями!
Святой заколебался.
Слишком далеко, они не успеют.
Женщина, которая утверждала, что может контролировать Сына.
Его усталые пальцы запорхали над клавиатурой. Он откопал файл.
Об этом уже позаботились. Они записали её имя, но доказательств у неё не было. Нелепый слух.
Слух был лучше, чем ничего.
Ближайший Азазель пилотировал киборг. Если перехватить управление, это может быть воспринято как атака. Киборг будет бороться, сражаться с ним за контроль.
Вместо этого он открыл окно сообщения, даже несмотря на то, что одновременно в поисках этой Лизетты уже задействовал полный доступ Дракона к каждой камере, электронному письму и телефону.
Святая дева Мария, если такая существует на самом деле.
— Отступник, — произнёс он, обходя всё препятствия, чтобы открыть канал связи с киборгом, — помоги мне.
* * *
Сущность следила за перемещениями различных людей вокруг поля боя. Над Вещателем разбрызгивали новую пену, погребая всю площадь.
Звук, ужасный рёв, от которого люди хватались за уши и сгибались. Он исходил от одного из кораблей.
Секунду спустя корабль, который был источником звука, стартовал и подлетел прямо к искажению времени вокруг сущности.
Он врезался в границу времени, раскрыл конечности, обхватив неправильную фигуру, помогая себе хвостом и задними лапами.
Рёв прекратился, а из громкоговорителей раздался голос:
— Сын. Сион. Золотой человек. Это Лизетта. Нас познакомил Кевин Нортон. То, что говорит тот человек внизу… что бы он там ни говорил, не слушай его. Отвернись. Пожалуйста.
Отвернись.
Сущность двинулась и без затруднений преодолела эффект искажения времени. Корабль перевалился через нос и начал падение, заработали двигатели. Чтобы держаться вровень с сущностью, неторопливо покидающей место действия, ему пришлось петлять.