Это была пугающая, тяжёлая мысль, которая присоединилась к бесчисленному количеству других.
Когда я подошла ближе, собаки залаяли. Я сохранила спокойствие и начала ждать.
Я узнала темнокожую девушку со странно раскрашенными глазами из укрытия Рейчел. Я встречалась с ней во время последней недели в Броктон-Бей. При её появлении все животные замолчали. Одна собака последний раз гавкнула, ещё две рефлекторно ответили на лай и затем смолкли. Девушка открыла для меня дверь, и собаки позволили мне войти.
Рейчел сидела на диване, окружённая собаками. Анжелика выступала в роли фаворитки и пользовалась наибольшим вниманием своей хозяйки. Собака, со своей стороны, несмотря на явно слабое здоровье и медленные из-за постоянной боли движения, активно выражала чувства к Рейчел, которая уставилась в землю и казалась неожиданно напряжённой. Произошло что-то более серьёзное, чем вся ситуация с Сыном.
Здесь также были Шарлотта, Форрест и Сьерра, они держались в стороне, молчали и не сдвинулись с места, хоть мы и встретились впервые за полтора года.
В дальней части комнаты собрались дети, молча играя со множеством щенков. Я узнала Мэйсона и Кэти, но с первого взгляда не признала Эфраима. Странным образом не хватало Джесси, но никто не отреагировал на её отсутствие. Возможно, она их покинула. Нашла семью.
Эйдан сидел отдельно, на его колене восседал голубь. Он сжимал и разжимал ладони, а птица перескакивала с одного колена на другое. Что-то здесь произошло, но это было не важно. По крайней мере, сейчас.
Сплетница сидела за компьютерным столом, но экран был чёрным, компьютер был выключен, лампочки погашены.
Мне не понравились, выражение её лица. Точно так же мне не понравились выражения лиц остальных.
Жалость. Сочувствие.
Это не мог быть Мрак. Нет. Не сходилось. Он должен был лететь назад, и он не был настолько уж далеко от дома, чтобы попасть под удар.
Тоже самое и Чертёнок. Кукла и Рапира были в порядке, когда я последний раз их видела.
Нет.
Сплетница лучше всех была осведомлена о положении дел в Броктон-Бей. Она знала, кто выжил, а кто нет. А в Броктон-Бей был лишь один житель, который по-настоящему имел значение, который был для меня важен.
Я почувствовала, как с каждым ударом сердца растёт ком в горле, как расширяется и не даёт мне глотать.
Не дожидаясь ответа, слов сочувствия или даже подтверждения догадки, я повернулась, вышла наружу и взлетела.
Я летела над заливом, в сторону от города, в сторону от этой чужой Земли. Я окружила себя роем, утопила себя в их жужжании, гудении и рёве.
Всё, что было сделано за это время, принесённые жертвы, риск.
Предательство и потеря самой себя.
И ради чего? Чтобы остановить конец света? Несмотря на наши старания, он случился.
Чтобы восстановить отношения с отцом?
Мы действительно их восстановили. Я призналась, кем и чем я являлась. Мы учли, что стали другими людьми, и построили отношения заново. Но сейчас, продолжая полёт в попытке сбежать от реальности, я не была уверена, что оно того стоило.
Ветер трепал волосы. Чтобы увидеть океан вокруг, я отогнала рой в сторону. Здесь был только ветер и шум волн. Запах солёной воды, который я так давно не слышала.
Моего отца больше не было, и я не могла заставить себя вернуться и услышать этому подтверждение. Но я не смогу жить дальше и в том случае, если подтверждения не будет.
Я помнила об уровне заряда, о снижающейся мощности ранца. Я знала, что мне придётся возвращаться. Знала, что есть дела, которые нужно делать.
Я провела последние годы, пытаясь что-то построить, подготовиться к решающему моменту. Я внесла свой вклад, помогла остановить Крюковолка. Я связалась с Рапирой и убедила её притвориться побеждённой, отслеживая положение врага и учитывая его ограниченную способность контролировать происходящее вокруг. Под моим руководством мы сразили Серого Мальчика и клоны Сибирь, мы поймали Джека.
А теперь количество погибших непрерывно росло. Сын продолжал неистовствовать, а у меня даже не хватало духа признать поражение.
Я не могла заставить себя вернуться и сделать даже самую малость. Это было высокомерно, заносчиво, но я не могла заставить себя принять участие в поисково-спасательных операций в то самое время, когда человечество медленно но верно вычищали с планеты. Крупнейшие города уничтожались с лёгкостью, с которой ребёнок разрушал муравейник.
Больше всего на свете я хотела, чтобы меня кто-то обнял, но не могла заставить себя попросить об этом. Отец и Рейчел были единственными, кто мог сделать это безо всяких вопросов, без высказывания банальностей или замечаний, но я не могла добраться до Рейчел, не встречаясь с остальными.