Тут был и Шевалье, наряду с Порывом, Фестиваль, Големом и другими лидерами групп Протектората и программы Стражей. Я заметила пятна крови и грязь на их костюмах. Впрочем, я выглядела не лучше. Шевалье положил свой пушкомеч на изогнутые перила. Искусно украшенный клинок эффектно подчёркивал образ группы. На панели темнел логотип Протектората.
Я посмотрела на Голема — и он отвёл взгляд, весьма демонстративно рассматривая остальных участников собрания. Ему было стыдно? Он злился на меня? Трудно было понять.
Гильдия. Дракона нет. Отступник и Нарвал стояли рядом, выделяясь среди других групп высоким ростом. Позади них стоял Технарь Масамунэ с тонкой бородкой, ещё не старый, но всё же сутулый и хрупкий на вид, а рядом с ним — солдат из Драконьих Зубов. Я догадывалась, кто это. На панель их группы был нанесён символ Гильдии — древко копья со струящимся вниз узким флагом.
— …и я не собираюсь взывать к чувствам, — говорил Отступник. — Я не собираюсь рассказывать, насколько она была храброй, бескорыстной и благородной. Ты же следил за нами до того, как щёлкнуть выключателем! Я знаю это, и я знаю, что ты всё это видел. Но нет. Тебе было всё равно. Так что я буду говорить о фактах, святоша. Ты не справляешься.
Святой, стоящий на платформе напротив Гильдии, игнорировал его, сосредоточившись на работе с компьютером. Когда прозвучали последние три слова, он на долю секунды замер. Остальные Драконоборцы заняли места по обе стороны стола в форме полумесяца и сейчас занимались своими делами. Женщина взглянула на Святого, и этого, кажется, оказалось достаточно, чтобы он продолжил печатать.
— Дракон могла обеспечить эвакуацию. Она могла снизить ущерб, вручную управлять силовыми полями, не полагаясь на автоматику. Силовые щиты Нью-Йорка активировали слишком рано. Золотой луч прорезал их и вырубил. Треть города уничтожена. Дракон могла справиться, а ты всех подвёл. Два и две десятых миллиона погибших. Я хочу, чтобы ты знал цифры. Я хочу, чтобы ты знал о каждом отдельном погибшем. Поверь мне, я тебе напомню, и я позабочусь о том, чтобы знали все остальные.
На секунду Святой поднял руку к шлему, затем снова опустил её на клавиатуру.
— Франция… — продолжил Отступник.
— Не утруждайся, — вставила Сплетница. — Он отключил передачу твоего голоса.
Отступник замолк и положил руки на копьё.
Присутствовали все основные игроки, за исключением обитателей Клетки. Танда представляли шестеро членов в практически одинаковых мантиях. Их логотипом была таблица пять на пять из букв. У Мурд Наг было кольцо из черепов в чёрном круге. Команда Трещины была обозначена значком волны, похожим на запись сейсмического монитора.
Я посмотрела на них, и меня поразило осознание, что рядом с Трещиной стояла Дина. Что-то не сходилось.
Я повернула голову и посмотрела в противоположную часть помещения на ещё одну маленькую девочку.
На панели у неё над головой красовалась цифра девять.
Взглянув на Мрака, я обратила внимание, что он старается не смотреть в ту сторону. Я поняла почему он так напряжён и почему вокруг клубится столько тьмы.
— Мы… — начала я, и поняла, что голос у меня звучит немного странно. Я шёпотом закончила: — Мы что, в самом деле пригласили Ампутацию?
— Не мы, а Котёл, — поправила Сплетница. — Отсюда не видно, но её связали.
— От этого не легче.
Она могла создать организмы, которые проедают металл и разрушают стекло. У неё могла быть хрупкая капсула с чумой и она вполне способна выпустить эту дрянь здесь…
— Да, — сказала Сплетница, — но Котёл дал добро на её присутствие.
— Блядство, — выругалась я, и почти так же, как тьма над Мраком, надо мной взметнулась туча насекомых. Легче мне не стало. Я изо всех сил вцепилась в поручень передо мной. — Уроды.
— Хочешь уйти? — шёпотом спросила Сплетница. — Я могу отправить с тобой Рейчел.
Я покачала головой.
Нет. Я была в бешенстве, но хотела остаться.
Ну а каково было Мраку? Это та самая девочка, которая разобрала его на части и развесила его живые органы по стенкам холодильника, снабдив устройствами, позволяющими ему ощущать боль, недоступную обычному человеку!
Просто для забавы. Потому что ей было любопытно.
К нам присоединилась группа Янбань в текучих одеяниях, которые были чем-то средним между одеждой для боевых искусств и армейской униформой. Лица закрыты масками, напоминающими многогранные драгоценные камни. Совершенно безликие: друг от друга их отличали только цифры.