Я видела, что к вратам в Нью-Йорк направилась большая часть наших сил. Шевалье и Фестиваль стояли у портала, наблюдая за проходящими сквозь него кейпами.
Откинувшись на спину, я тоже стала наблюдать. Можно было бы получить новый костюм и запасной летательный ранец. Но я хотела знать, чем будут заниматься другие. Люди, которых только что освободили.
Слегка ссутулившись и держа руки за спиной, к Шевалье и Отступнику подошла Теория Струн. Невысокая, странно выглядящая женщина оглядывалась по сторонам и не произносила ни слова, терпеливо дожидаясь, пока Шевалье не соизволит взглянуть на неё. Стоявший позади неё Лабораторный Крыс выглядел куда более нетерпеливым. Он совершенно не умел скрывать свои чувства.
— Мне нужна лаборатория, — сказала Теория Струн, — инструменты. Мои инструменты, если сможете достать их.
— Ты успеешь что-то подготовить? — спросил Шевалье. В его голосе звучало удивление. — Мы предполагали, что технари примут участие только в следующей попытке.
— Я не обычный технарь, — ответила Теория Струн и постучала по голове. — Всё здесь. У меня было четыре года, чтобы продумать конструкцию и распланировать её создание, на тот случай, если когда-нибудь выберусь.
— Та же история, семь лет размышлений, — поддержал разговор Лабораторный Крыс. — Мне нужна лаборатория. Не стану работать в одной комнате с ней.
— Я бы тебе и не позволила, — снисходительно произнесла Теория Струн. Я заметила, как Лабораторный Крыс скривил губы, но не поняла, было ли это раздражением или насмешкой.
— Вам предоставят всё необходимое, — вмешался в диалог Шевалье, прежде чем эта парочка сумела продолжить обмен любезностями.
— Говорите, что вам нужно и когда, — потребовала Теория Струн. — Хотите, чтобы я по нему ударила? Тогда скажите, насколько сильно.
Шевалье посмотрел на Фестиваль и Отступника.
— Когда тебя арестовали, — сказал Отступник, — тот…
— Н-Движитель, — закончила за него Теория Струн.
— Да. Начни с чего-то подобного, но только ещё мощнее.
— Оу, — воскликнула Теория Струн, — это интересно.
— С минимальным побочным ущербом, — уточнил Отступник.
— Снова скукота. Следующий вопрос: когда? Мои творения срабатывают только единожды, поэтому лучшие из них всегда с таймером.
— Мы атакуем через… тридцать девять минут. Рассчитывай на сорок семь минут с текущего момента. К этому времени большинство бойцов покинут поля боя, а оставшиеся смогут укрыться в безопасном месте, прежде чем твоё устройство сработает
Теория Струн медленно кивнула:
— А вы продержитесь восемь минут с начала атаки?
Отступник задумался.
— Поставь таймер на сорок три минуты с текущего момента.
— Сделано. Мне нужен термоядерный реактор. Или достаточно большой источник плазмы. Что-то, из чего я смогу получать энергию.
— У нас нет… — начал Отступник, затем о чём-то вспомнил. — Мы можем подыскать что-то подходящее среди оборудования, которое СКП конфисковало у других технарей. Пройди внутрь корабля и поговори со Сплетницей.
Без лишних слов Теория Струн повернулась, поднялась по рампе и исчезла внутри модуля.
Отступник взглянул на Лабораторного Крыса.
— Твоя старая мастерская запечатана, стоит на прежнем месте.
— Нет. Мне придётся больше прибираться, чем работать, к тому же все образцы наверняка уже мертвы, если конечно, вы не пытались с ними экспериментировать. Мне нужно другое помещение. Комната в больнице вполне подойдёт. Я не буду никому мешать.
— Мы не дадим тебе использовать людей, — резко возразил Отступник.
Лабораторный Крыс нахмурился.
— Может приют для животных? С ещё живыми животными?
— Хорошо, — сказал Отступник. — Тридцать семь минут. Если ты намерен помочь, тебе следует начинать. Дверь, пожалуйста. В заброшенный приют для животных на земле Бет.
Дверь открылась.
— М-м-м, — промычал Лабораторный Крыс. — Я что-нибудь придумаю.
Затем он исчез.
— А я? — спросила Ампутация. — Я тоже могу помочь.
— Поможешь, — ответил Отступник. — Позже. Ты будешь работать под надзором. Панацея будет проверять тебя, а ты будешь проверять её.
Ампутация вздохнула.
— Моя лаборатория. В альтернативном измерении, инкубаторы с клонами…
— Уничтожена, — коротко ответил Отступник.
— Вы серьёзно?
Он не ответил.
Ампутация бросила в его сторону сердитый взгляд.
Я поёжилась и посмотрела в сторону тех, кто остался. Панацея не ушла с другими членами Новой Волны. Вместо этого она сидела на склоне скалы рядом с Маркизом.