— Мы обсуждали, чем заняться, — сказала Сплетница. — У тебя нет мальчиков для развлечений, Сука? Что нибудь, чтобы удовлетворить подобного рода жажду?
Сука покачала головой.
— А где Мрак? — неожиданно, осознала я.
— Отлично. А нельзя было не так очевидно менять тему?
— Он ушёл, — сказала Сплетница. — Он был здесь, когда Панацея собирала тебя заново. Когда она, эээ…, работала над тобой, он одолжил её силу и некоторую часть взял на себя. Я не знаю, подумаешь ли ты, что это странно, или что это круто, или что это чудный прощальный подарок, или глубоко оскорбительно, или что ещё. Может быть, ему просто требовалось помочь. Требовалось знать, что он может спасти тебя, или помочь тебе, или починить тебя после того, как ты реализовала один из его старых страхов: ушла и дала себя убить в очередном припадке безрассудства.
— И потом ушёл?
— Завязал, уволился. Может быть, проиграв в бою и убедившись, что он не может сделать чего-то существенного, он что-то потерял. А увидев тебя, он потерял что-то ещё. А потом он наткнулся на Ампутацию.
— Она не работала со мной?
— Нет. Мы ей не позволили. Она сейчас в одном звене с Панацеей, потому что только та может по-настоящему перепроверить, что она делает. И всё же нет. Мрак подтвердил, что ты поправляешься, собирался уходить, она входила. Наткнулись друг на друга. Мне кажется, это стало соломинкой, которая переломила спину верблюда. Он ушёл и ничего не сказал. Заходила Морока, спрашивала не знаем ли мы места, куда им можно отправиться. Я направила их в хижину, которую мы построили в стороне. Генератор, туалеты, книги, кино, изоляция. Абсолютно уверена, что они останутся вдвоём, заботясь друг о друге до самого конца света.
Я глубоко вздохнула, затем выдохнула.
Я не смогла заставить себя завидовать, ревновать или расстраиваться.
— Ладно, — сказала я. — Хорошо.
Сплетница кивнула.
Я подумала об остальных.
— Кукла, Рапира? Они тоже вдвоём?
— Само собой, — сказала Аиша.
— Сказала наша вуайеристка, слишком хорошо знающая, как у них обстоят дела, — заметила Сплетница.
— Это был всего один раз! И это даже не было прикольно, потому что это был мой брат. И я вообще не знаю, как у них дела!
— Леди чересчур сильно возражает, — заметила Сплетница.
— Я возражаю как раз достаточно, и иди нахуй! Будто тебя саму не интересуют неприглядные приватные детали человеческих жизней.
— Неприглядные? Приватные? Так вскоре после явствует? Ты что, начала читать, Аиша Лаборн?
Рейчел пихнула меня локтем:
— Они помогают с патрулями, выискивают, тех кто может устроить неприятности, особенно ублюдков с лицами из драгоценностей.
А, она ответила на мой вопрос о Кукле и Рапире.
— Ублюдки с лицами из драгоценностей? Янбань?
— Они. Так что эти двое неподалёку. Они здесь работают и почти не заходят. У них лучше получается работать с людьми чем у меня, так что они этим и занимаются. Расследованием всякой хрени. А я та, кто тащит сюда всякую шваль.
— Шериф Нового Броктон-Бей, — сказала я несколько громче, чтобы меня было слышно поверх голосов остальных.
— …эти блядские слова из-за тебя. Чтобы прикольно говорить, чтобы звучало по-умному…
— Ты говорила что-то подобное, — ответила Рейчел. — Перед тем, как уйти.
Я кивнула.
— Прости меня, — сказала я. — За то, что ушла.
— Ладно.
Не прощение, но опять же, я вероятно, не заслужила так легко получить его.
— Я вернусь, — сказала я. — Надо идти.
Рейчел кивнула.
Я отправилась в туалет, сделала свои дела, затем намочила волосы и попыталась при помощи ладони придать им подобие порядка. Главное слово «попыталась».
Судя по состоянию волос, прошло не менее двух или даже трех дней. Рейчел, растрепавшая мою причёску, нисколько не облегчила задачу.
Я глубоко вздохнула, затем выдохнула.
Я вернулась к остальным. Сплетница и Чертёнок уже закончили свою перепалку.
Мы расселись в непринуждённом молчании. Это был тот же вид спокойствия, в котором я бывала рядом с Рейчел, но редко испытывала с остальными. Реже всего с Чертёнком.
Не худший вариант для последнего воспоминания.
Тишину нарушила посторонняя.
— Так, значит, и будем коротать время, пока не наступит конец? — спросила Канарейка. — Сдадимся, как и все остальные?
— Чего? — спросила Сплетница и странно посмотрела на Канарейку. — Нет. Хера с два!
— Нет, — сказала Аиша. — Секунду, кто-то ещё так думает? Потому что я скорее собиралась решить, что нам необходимо сделать перед тем, как броситься в последнюю самоубийственную безрассудную атаку.