Инженю замерла на месте.
— Нет, — чётко произнёс Шевалье.
— Я хотела узнать, как ты, — сказала Инженю и улыбнулась. Она накрасилась, и теперь ей легко можно было дать лет на десять меньше. Её одежда была несколько старомодна. Джинсы с заниженной талией оставляли открытым подтянутый живот. Она одарила его лёгкой улыбкой: — Не могу представить, что ты стал бы в меня стрелять.
Выражение его лица не изменилось.
— Ты действительно хочешь это проверить?
Инженю состроила недовольную гримасу.
— Тебе, как и всем амнистированным, в руку имплантирован трекер. Через минуту-другую они будут здесь. Если ты уйдёшь прямо сейчас, то тебя не застрелят, и я выскажусь в твою пользу. Если же останешься, то...
Она уже качала головой, поворачивая руку, чтобы показать ему левое плечо. Рука была перебинтована, на повязке виднелась засохшая кровь.
— Ты вырезала его, — он хотел произнести это с удивлением, но ему это не совсем удалось. — Это должно было вызвать срабатывание сигнала.
— Нашла кое-кого, кто был не против сделать одолжение красивой девушке, — сказала она мягко. — Я хотела тебя видеть, Шевалье. Мне бы этого не позволили.
— И для этого есть веская причина.
— Я не плохая, Шев.
— Так это или нет, я думаю, ты должна уйти. Так будет лучше для нас обоих.
— Знаешь, а я немного в тебя влюблена.
— Знаю, — сказал он хмуро.
— Не сильно. Но достаточно.
— Ты влюбляешься во всех, на ком используешь силу, — сказал он.
— Это не так. Когда ты так говоришь, ты выставляешь меня ветреной. Я просто...
Произнося эти слова, она сделала шаг вперёд. Шевалье выстрелил.
Дверь разнесло на кусочки. Инженю взвизгнула и, побледнев лицом, отступила.
— Вот теперь сюда точно идут, — сказал он.
— Я... мне больно, — сказала она.
— Знаю.
— Я вижу тебя. Со многих сторон. Я вижу твою силу и вижу, что ты с ней сделал. Ты особенный, раз применяешь её такими способами. Храбрый.
Он нахмурился.
— Я знаю о твоём особенном зрении.
— Это секретная информация, — сказал он.
— Я попросила кое-кого из твоей команды об одолжении. Она помогла мне, — сказала Инженю, опустив взгляд. Она завела руки за спину и шагнула в сторону, повернувшись спиной к разрушенной двери.
— Я думаю, — начал Шевалье, повернув ствол, чтобы держать её на прицеле, — что нам придётся оградить тебя от желающих оказывать тебе все эти многочисленные услуги. Я не хочу отдавать приказ о твоей изоляции, но ты не оставляешь мне особого выбора.
Инженю надула губки:
— Нам было бы хорошо вместе.
— Очень может быть.
— Видишь? — робко улыбнулась она. — Я могла бы стать хорошей подругой — или хорошей подчинённой, если ты предпочитаешь так.
— Не отрицаю. Это твой прирождённый талант.
Её улыбка угасла, как будто она догадалась, что он скажет дальше. В конце коридора послышались шаги.
Перед Инженю возникло силовое поле, которое выдернуло её из комнаты и прижало к стене коридора.
Шевалье сдвинул меч в сторону и начал медленно поворачивать тело, опуская ноги до тех пор, пока они не коснулись пола.
В дверном проёме появился Порыв.
— Не надо…
Он продолжил попытку встать на ноги.
— Дурак.
Аккуратно сложенные силовые поля подняли его в воздух, одно под ногами, другое за спиной. Коснувшись земли, он качнулся, но ещё одно поле не дало ему упасть. Трубки, выходящие из груди, туго натянулись. Если он упадёт, они могут отсоединиться.
Он обрёл равновесие и кивнул. Нарвал отключила силовые поля.
— Как, чёрт возьми, ей удалось пробраться в госпиталь? — спросила Нарвал.
— Отпустите меня!
Силовое поле исчезло, но появилось несколько других. Они прижали женщину к стене, удерживая за горло. Нарвал принялась обыскивать её карманы.
— Не трогайте меня! Шевалье, пожалуйста!
— Как я и говорил, — сказал Шевалье, — я знаю — это было бы прекрасно. Лучшие люди, чем я, уступали твоим чарам. Ты хамелеон, и ты можешь вылепить из себя такую женщину, которую желает твой мужчина. Мне не нравится, что происходит потом.
— Ты судишь меня по тому, что случалось раньше? Ты бываешь жесток.
— Ты больна, Инженю. Давай не будем притворяться, что ты говоришь от чистого сердца. По-настоящему хорошие люди не правят тюремным блоком в Клетке.
— Я пыталась выжить! — воскликнула она. — И не говори мне, что ты этого не понимаешь.
— Я понимаю, — вздохнул он.
— Шевалье, — вмешалась Нарвал. — Возможно, говорить с ней — не лучшая идея.
Он покачал головой.
— Всё нормально.
— В её карманах ничего, только телефон.