— Похоже на план, — отозвалась Сплетница. Она стянула перчатку, потянулась к ремню и вытащила из подсумка металлическую баночку. — Две минуты, чтобы придать себе приличный вид. Можно было бы принять душ, но, кажется, никто уже не заморачивается.
Я кивнула. Большинство кейпов, которых я встречала, потеряли былой вид. Костюмы уже не сияли и покрылись пылью, волосы были грязными, подбородки — небритыми. То же самое было и с психологическим настроем.
Происходящее сильно по нам ударило. Мне хотелось думать, что я справлялась лучше других, хотя бы потому, что два года к этому готовилась. Но опять же, я слишком хорошо умела себя обманывать.
Я подумала о Стояке и его оптимизме. Когда я говорила о том, что ждать следует худшего, он отстаивал противоположную точку зрения. Я не хотела думать о чём-то мелочном и тем самым преуменьшать то, что я чувствовала по поводу его смерти, но какая-то моя часть была разочарована невозможностью поговорить с ним сейчас, посмотреть на него после всего, что случилось. Справлялся бы он лучше чем я?
Да и нельзя сказать, что я справлялась. Я не была уверенной, неунывающей или бесстрашной. Единственное, что я могла о себе сказать — что сумела собраться с силами. Я поверила в пророчество Дины больше, чем кто-либо другой. Я вложила все свои силы и всё равно едва не сломалась. Я говорила себе, что улетела из Нового Броктон-Бей в открытый океан, только для того, чтобы побыть одной, но я не могла поклясться, что в этом порыве не было ничего деструктивного. Вспоминая момент, когда Сын разорвал меня напополам, я убеждала себя, что сохранила ясность мышления, но не была уверена, что не кривила душой.
Сложно сказать, насколько я держала себя в руках, ведь неизвестно насколько это самоконтроль, а насколько адреналин. Или что-то другое.
«Что думаешь, пассажир? — спросила я. — Мы собираемся сражаться с твоим создателем. Будешь ли ты сопротивляться или выложишься по полной?»
Само собой, никакого ответа.
Сплетница наносила чёрный грим вокруг глаз.
— Ты нашла всех, с кем собиралась поговорить? — она уже закончила с самыми сложными местами вокруг век, и теперь наносила последние широкие мазки.
— Почти всех.
— А. Могу представить, кого ты не особенно искала. Меня беспокоит это отрицание.
Я пожала плечами.
— Но нет смысла за это цепляться. В конце концов, это твоё решение. Давай поговорим о чём-нибудь более весёлом. Ты когда-нибудь думала, что мы зайдём так далеко?
— До конца света? Это и есть твоя весёлая тема?
— До самой вершины. Настолько высоко, насколько мы могли надеяться.
— Мы не в высшей лиге, Сплетница. Совсем не там, где большинство сильнейших кейпов.
— Но о нас говорят по всему миру. Ставят в один ряд с некоторыми самыми крупными и самыми страшными отморозками, — Сплетница махнула рукой в сторону окна. В сторону Симург. — Мы были бы на первых страницах, если бы газеты всё ещё выходили.
— Я не уверена, что попасть на первую страницу — это хорошо, — сказала я. — Да и новости всё равно расходятся, знаешь ли. Шарлотта была в курсе.
— Шарлотта связана с Сьеррой и остальной инфраструктурой Гимель. Это меня не удивляет, — сказала Сплетница, распуская свой хвост и прочёсывая его пальцами, чтобы более-менее распрямить волосы. В том месте, где хвост был перевязан, всё равно получилось неаккуратно. В обычных обстоятельствах, перед выходом в костюме она бы это поправила, хотя бы чтобы убрать лишние приметы.
— Ммм, — подтолкнула я её. Возможно, я устала. Мысли разбредались.
— Я попыталась устроить всё так, чтобы мы сохранили какие-то системы связи, возможность получать и отправлять информацию. Например, я сумела всем рассказать о том, что Сын ненавидит силы-дубликаторы. В любом случае уцелели только самые продвинутые и самые примитивные технологии. Спутники и бумажные копии, — она подняла одну из папок, которую я переложила на пол, словно демонстрируя то, о чём говорила. — Читала?
Я подняла другую папку, пролистала.
— Я не уснула, так что пока ты спала, я связалась с Отступником и одним из твоих подручных, организовала, чтобы на бумаге приходили только наиболее важные отчёты. Я подумала, что могу ввести тебя в курс дела, когда проснёшься. Доставка прекратилась довольно давно, но одно из последних сообщений было о Драконе, так что, видимо, она занялась своими старыми обязанностями, а Отступник приходит в себя после событий последних дней.
— Видимо так, — сказала Сплетница. Я повернула голову, чтобы посмотреть, чем она занята, но она уже переходила комнату.