Другой попал в Луна. Тридцатисантиметровые щупальца протянулись от правой грудной мышцы до правой руки, прилипнув к обеим.
Прокол пнул связанного Луна. Возможно, в обычных условиях у него не хватило бы сил на чувствительный для Луна удар, но дерзость поступка и наша на него реакция напитали его энергией.
Сатир в рекордное время отпочковал ещё одну копию, в то время как первая бросилась ко мне.
Я направила на неё насекомых. На себя. Своего двойника. Моих сил у неё не было, но она была сильной. Крепче меня. Она приближалась с лёгкостью и скоростью опытной бегуньи.
Так что я направила насекомых на исходного Сатира. Обнажённая грудь, глазницы шлема… Я атаковала и Цветочек, и Леонида, всех у кого была неприкрытая кожа.
Рука Голема сбила с ног мою копию. Окова побежала к новому клону, которого только что создал Сатир.
Даже в этой ситуации я знала, что бой неравный. Сатир сам признавал, что их команда не сравнится в бою с нашей.
Канарейка робко наступила Леониду на правую руку. Собаки Рейчел схватили его за ноги. Он закричал, и вот этот вот звук нисколько не был приглушен.
Он начал исчезать, материализуясь рядом с Сатиром. Встал на ноги.
Нас больше, наши силы лучше подходят для боя. Исход не вызывал сомнений.
Так что действия Чертёнка выглядели ещё безумнее.
Она зашла прямо в середину группы и подняла над головой сферу.
Повернула её, потом повернула обратно.
Снова стали слышны звуки, Леонид отменил эффект тишины.
— Не надо, не надо, не надо! — повторял голос Светы из глубины шара.
— Всем встать, — сказала Чертёнок. — И если кто-то что-то со мной выкинет, я эту штуку открою!
— Нет, пожалуйста, не надо!
— Зачем? — снова спросила я, разглядывая Сатира. Настоящего Сатира.
— Я был готов ждать. Медлить, пока не закончилось бы время. Но тут пришли вы.
— Сатир…
— В конце концов, всё ради любви. Самая мелочная из целей. Высокомерие, жадность, да даже месть — все они благороднее, поверь. Я пробовал. Но любовь? Она уродует всё, чего касается. Заставляет ошибаться, делает иррациональным, и хуже того, нетерпеливым. Если бы люди не свершили мести, не поддавались жадности и высокомерию, до этого бы не дошло. Так что я был готов ждать. Сидеть там и тянуть время, говорить себе, что у нас не хватит силы и количества бойцов, чтобы справиться с группой на лестнице. Ждать, пока не станет слишком поздно.
— Так вы что, умереть собирались? — спросила Призрачный Сталкер. Кажется, это заявление её оскорбило.
— Лучше так, чем быть теми, кто нажмёт на спусковой крючок и разобьёт наши последние надежды, — сказал Сатир. — Можешь убрать сферу, Чертёнок.
Чертёнок помедлила, затем опустила сферу. Она замкнула её, оставив только вентиляцию, чтобы Света могла говорить.
— Я не понимаю, — сказала я.
— И, скорее всего, не поймёшь. Если тебе повезёт. Я сказал всё прямо, так что лгать уже бессмысленно. Можете идти. Мы останемся тут.
— Опять хитрите! Собираетесь ударить нам в…
— Шелкопряд! — сказал он. В его голосе не было следа притворства. Никакого шуточного тона или насмешки. Он говорил серьёзно. — Иди. Они почти пробились.
— Он прав, Рой, — прорычал Лун. — Я его слышу.
Лун смотрел туда, откуда мы пришли.
Сын, здесь. На этом этаже. Мне показалось, что я видела золотой свет, но возможно, это было просто пятно в моём поле зрения, возникшее после того, как я посмотрела на пылающие руки Луна.
Если мы пойдём, путей к отступлению не будет. Выходов не останется.
Это было такое же безумие, как то, что делал Сатир. Голос разума говорил подниматься наверх, чтобы добраться до выхода и надеяться, что всё ещё наполовину ослеплённый Сын продолжит сдерживаться.
Но я повернулась и побежала к лестнице со случаями пятьдесят три, от Сына. Побежала так быстро, что на слова уже не осталось дыхания.
Я заговорила через рой:
«Идите вверх, если хотите спастись».
«Дайте им уйти».
Я слышала остальных позади, на разном расстоянии. Я чувствовала роем группу Сатира. Они оставались на месте, несмотря на приближение Сына.
Я не понимаю.
Остальные следовали за мной.
— Если пойдёте вниз, выхода не будет. Это даже не отчаянная миссия. Это едва ли надежда, что у нас появится шанс что-то сделать. Шанс внутри шанса.
Мы лицом к лицу столкнулись с группой, что пробивалась сквозь сталь. Человек-крот и особая девиантка, как будто состоящая из лазеров, с окаменевшими на концах руками и ногами.
Остальные мертвы. Всё вокруг усеивали клоны Сатира. Они яростно сражались и жестоко убили большинство из копавших. Мёртвые клоны распадались на части.