У него срезало плавник на одной руке, но он перекатился на ноги и побежал, погружая оставшиеся дезинтегрирующие плавники в каменистую почву под ногами. Поднимался туман, и Левиафан использовал его, чтобы скрыться от взгляда Сына, изменив направление в ту самую секунду, как его не стало видно.
Сын всё равно ударил его. Левиафан исчез из обзора камеры.
Сын не сдерживался. Раньше его движения были медлительны, методичны. Сейчас не было ничего подобного. Ни пауз, ни остановок. Как только он не смог больше бить Левиафана, он переключился на остальных.
Кейпы подняли щиты, Зубы Дракона уклонялись и стреляли из лазерных пистолетов. Некоторые укрылись за колонной, которую создал Хонсу. Каким бы эффектом ни пользовался Хонсу, чтобы заключать внутри неё людей, она работала и как защита от Сына.
Сын продолжал натиск, истребляя всех, кто не укрылся за сколько-нибудь надёжной защитой. Вспышки, сферы, сотни тонких лазеров, лазеры побольше.
Некоторые кейпы, похоже, обладали способностью передавать силы или наборы сил другим словно эпидемию. Я видела, как эффект распространяется по толпе от одного кейпа к другому, к ближайшему ещё не попавшему под воздействие кейпу. Толпы народа, поднимающие силовые поля, маленькие круглые щиты размером не больше чем зонт.
Поодиночке они были слишком слабы. Да и вместе тоже. Лучи Сына вспарывали ряды и шеренги толпы.
Через пару минут, или может, через три-четыре, Сын, наконец, остановился. Вокруг него были разбросаны изломанные тела кейпов. Все, кто хоть как-то привлёк его внимание своей силой или создаваемыми проблемами, были уничтожены полностью. Остальные были покалечены. Их ранило так, чтобы вывести из боя, но не настолько, чтобы они точно умерли. Оторванные конечности, обожжённые тела, сломанные от ударов по земле кости, выбитые глаза или изуродованные лица.
Корабли Дракона были разломаны, некоторые уже начали ремонтироваться и регенерировать. Остались только те кейпы, которые укрывались за настолько прочной защитой, что сами не могли атаковать.
В нападении возникла пауза. Большая часть защищавшихся была уничтожена.
Благодаря камере можно было увидеть лицо Сына, окрашенное в красно-оранжевый цвет из-за силового поля между ним и камерой. Его брови были сведены, губы чуть более поджаты, чем раньше. На горле проступали жилы.
Никогда раньше с самого первого своего появления он не менял выражения лица.
Он ударил по группе Хонсу. Удар остановился на краю временного эффекта.
Сын выпустил ещё один луч, и на этот раз он прошёл. У кейпов даже не хватило времени, чтобы отреагировать. При столкновении свет взорвался словно артиллерийский снаряд, уничтожая группу.
За этим последовал ещё один удар. Хонсу телепортировался, забрав группу с собой.
К схватке присоединилась целая стая кораблей Дракон, прибывали подкрепления кейпов с земли Гимель.
Сын исчез.
И очень скоро появился на другом экране. Он застал их врасплох, бросаясь на наши силы со свежим гневом, не пробуя, не экспериментируя, но с какой-то бессильной яростью.
— Он зол, как Голем и говорил, — сказала наблюдавшая за этим Чертёнок, — по лицу видно.
Да.
— Да, — отозвался Счетовод.
— Но он не сносит целый континент, — сказала она. — А ведь мы знаем, что он может. И… как это так?
— Хороший вопрос, — сказал Счетовод. — Мы можем только гадать.
— Готова услышать любые версии.
— Предпочитаю иметь дело с фактами, — сказал Счетовод. — Давайте оставим гадание этой вашей Сплетнице.
Разворачивалась вторая битва, во многом подобная предыдущей.
Или он теперь бил сильнее? Не прощал ошибки?
Если это был первый раз, когда он чувствовал истинное горе или истинный гнев, тогда это мог быть и первый раз, когда он использовал защитные механизмы психики.
Выход через гнев. Как скоро он поймет, что этого недостаточно, и попробует что-то более серьезное?
Я закрыла глаза. Я хотела сосредоточиться, вобрать в себя любую доступную информацию о Сыне, но тело отказывалось. Если Панацея будет недоступна, то приём болеутоляющих из аптечки на борту только замедлит лечение, когда я доберусь до медицинской помощи. К тому же они не настолько сильны, чтобы мне помочь.
Придётся перетерпеть. Ещё всего несколько минут.
Глубокие вдохи.
Я услышала Счетовода через насекомых.
— Не припоминаю, как обращаться: Сука или Адская Гончая?