— Ничего не поняла, — сказала Рейчел.
— Ты довольна тем, кто ты есть? — спросил он.
— Конечно.
— Говоря в общем смысле, знаешь ли ты, чем будешь заниматься через несколько часов или дней?
Рейчел посмотрела на меня.
— Да.
— Есть ли что-то общее между этими фактами?
Сука скорчила гримасу.
— Вроде того?
— Вот об этом я и говорю.
— Я не поняла.
Вдалеке послышался рокот. Воздух заполнил рёв, множество одновременных выкриков и предупреждений, которые смешивались в один общий шум.
Он здесь.
Это никогда не закончится. Одно и тоже, опять и опять. Разрушение, враг, которого нельзя победить, и который всегда более жесток, чем был в последний раз.
Рейчел ушла, ничего не спросив. Чертёнок задержалась, но в итоге пошла следом, прилипнув к Рейчел словно на клею. Я видела, как ушли Александрия, Счетовод и Предвестники, затем Маркиз и его люди. Лун остался.
— Эй, Амелия, — сказала Ампутация. — Завернёшь мне этого?
Панацея отступила от безглазого ясновидящего и коснулась Привратника. Я увидела, как кости на его лбу начали срастаться, затем скрылись под слоем кожи.
Он вздрогнул, затем сел.
— У тебя в черепушке было кровоизлияние, — сказала Ампутация. — Будет паршиво.
Он протянул руку, пытаясь что-либо нащупать.
— Секунду, я что, его испортила? — спросила Ампутация.
— Нет, он уже был такой, — сказала я. — Он ищет своего партнёра.
Лун схватил ясновидящего, затем покачнулся.
«Его сила действует при касании», — осознала я.
Используя насекомых, я вытащила шнур. Рой обвил его вокруг одного из пальцев ясновидящего, затем протянул в сторону Привратника. Панацея подхватила его и слегка потянула, направляя слепого к партнёру.
Они взялись за руки.
Секунду ничего не происходило.
Затем появились двери. Повсюду в области действия моей силы.
Большинство из остальных ушло. Сплетница сосредоточилась на ноутбуке, в каком-то смысле участвуя в битве, и оставаясь при этом здесь.
Панацея и Ампутация тоже остались. Они расчищали столы, убирали вещи в сторону, подготавливались к предстоящему сражению.
Остались ещё только Призрачный Сталкер, Лун и я.
— Я могу идти? — спросила я.
Словно этот вопрос каким-то образом её задел, ушла Призрачная Сталкер.
— Можешь, — сказала Панацея. — Но дай я лучше сделаю кожу толще, чтобы культя не лопнула, как перезрелая дыня.
— Давай.
Она коснулась моей конечности.
— Я не случайно хотела быть последней, — сказала я.
Она с любопытством посмотрела на меня.
— Ты ведь знаешь, о чём говорил твой отец? Мне как-то хотелось, чтобы он закончил. Мне кажется, словно я вот-вот приду к какому-то заключению.
Звуки снаружи стали громче. Привратник открыл позади нас портал. Для безопасности?
Это была возможность чем-то заняться. Я помогла остальным провести через портал пациентов. Лун нёс двух раненных Эксцентриков. Мы оказались в пещере с совершенно плоским полом и открытым входом. Прекрасный день, совершенно не похожий на хаос и мерзость Нового Броктон-Бей.
— Мой отец и я много об этом говорили. А в чём дело?
— Я не знаю. Найти свою роль, найти своё место? Только Лун и я не ушли и не начали готовиться к бою. Ну ещё и раненые. Остальные знают кто они. Даже Чертёнок ушла помогать Рейчел, а ведь у неё нет никаких сил пригодных к бою. Но Лун и я? Мы оба не лишены гордости, и всё же для нас роли нет. Как Лун и говорил, он не станет нападать на Сына, пока всё это не закончится.
Лун принёс последних раненых. Мы все устроились в стороне от портала, на случай, если через него пролетит луч.
— У меня есть работа. Я защищаю этих девушек.
— Я думаю, ты понял, что я имею ввиду. Ты зол, в каком-то смысле, поскольку ты не стал частью всего этого. Ты можешь больше, чем быть телохранителем.
Он скрестил руки на груди, но не стал спорить.
— Есть такой психиатрический термин, — сказала Ампутация. — Проекция.
— Нет. Рой права, — раздражённо заметил Лун. — Я больше, чем телохранитель.
Через порталы Привратника на край поселения прибывали подкрепления.
— У меня чувство, будто я вот-то пойму, что мне нужно, — сказала я. — У меня, вроде как есть сила, пригодная к использованию. У меня есть роль. Я могу помогать обеспечивать коммуникацию, могу вести разведку, я достаточно многогранна, чтобы объединять свои силы с другими. Я могу искать способы нападения, могу предлагать неожиданные идеи. Но чего-то не хватает. Как Лун и сказал. Я могу быть чем-то большим. Слова Маркиза задели что-то во мне.