Я управляла технарями и уже была на полпути к следующему этапу, когда Панацея отреагировала, отпрянув от умирающей женщины и встряхнув головой.
«Ты всё… ты всё ещё не исп...используешь свою силу на мозгах?» — подумала я.
Она потерпела неудачу, создавая меня. Теперь старый страх вернулся полностью и в самый неподходящий момент.
Сплетница заговорила. Её голос был нежным и мягким.
Было ужасно приятно слушать её. Это успокаивало даже с учётом того, что я не понимала слова.
И тут, разрывая очарование, Сын раздвинул руки, подготавливая хлопок, и я убрала всех подальше.
Вместо хлопка Сын сбежал, улетев в один из миров так же легко, как птица перелетает с места на место.
С помощью ясновидящего я смогла отследить его перемещение. Несмотря на многомерность, я смогла проложить траекторию.
Он снова воспользовался своей способностью «автоматической победы» и он был нацелен на меня.
Если он использовал её, чтобы найти меня — бежать было бессмысленно. Если он использовал её, чтобы найти и убить меня — всё было кончено.
Было ли его мышление настолько комплексным? Просчитывал ли он свои действия наперёд до этой точки?
В любом случая я побежала, переключив своё внимание на машину технарей.
На экране появилась какая-то тарабарщина красного цвета. Неудача. Объединённые усилия всех технарей, кроме Ампутации — всё пошло прахом. Не было способа добраться до запечатанного Сыном пространства, до того «колодца», из которого он черпал все свои ресурсы.
Моё сердце ёкнуло.
«Это была моя лучшая догадка», — подумала я. Тут не было мысленного заикания, мои мысли начинали запинаться только когда я думала о приятных вещах, о мире и знакомых людях, и о прочей подобной фигне.
Лучшей целью атаки являются слабые места: перерезать ярёмную вену, ударить в сердце, добраться до глаз, чёрт возьми! В моих мыслях колодец Сына больше всего напоминал слабое место, но он защитил его.
Я говорила себе, что узнаю стратегию, когда увижу её. Атака на колодец не была такой стратегией, но она была её частью.
Я убрала кейпов, прошла через портал, который создала Лабиринт, а затем заставила её изменить канал, маскируя наш, так сказать, «запах». Я призвала пятьдесят третьих, чтобы помешать способности Сына ощущать окружение.
Он всё ещё висел на хвосте. Я перемещалась недостаточно быстро, даже с учётом того, что каждый хромой шаг переносил меня в другую вселенную. Что-то было связано с тем, как открываются порталы. Даже если я закрывала их, я будто оставляла для него перепаханную землю, по которой он путешествовал.
«Это… это проблема лидера.»
«Ты всегда оди… один, когда впереди.»
Я разместила кейпов у него на пути. Он походя нанёс по ним удар, отошёл от маршрута и сократил дистанцию.
Мне было плохо. Меня трясло, как никогда, а озноб заставлял задуматься, не была ли я в шоковом состоянии. Мои мысли с трудом можно было назвать связными.
У меня была Зелёная Госпожа, у меня был Эйдолон — её теневая марионетка. Я мельком заметила, что они в паре пытались нанести сильнейшие удары по Сыну.
Несмотря на это, они были не более, чем школьники на школьном дворе, которые выставляют ноги, чтобы кто-нибудь о них споткнулся. Сын снова увеличил скорость.
Панацея лечила Мурд Наг.
Я дотянулась до военачальницы и перенесла её к себе.
Сын смёл её с пути до того, как её Падальщик вырос до полного размера.
«Слишком мало, слишком поздно.»
Если не грубой силой, то ловушками и хитростью. Если он хочет схлестнуться со мной… Я сделаю то, что сделала против Ехидны.
Я остановилась и обернулась.
«Рапира.»
«Окова.»
Они вышли из портала и встали по бокам от меня.
Окова превратила кусок металла в огромное бритвенное лезвие, Рапира наполнила его своей силой и разместила на пути Сына.
Я собрала всех своих предсказателей и разместила их в радиусе пяти метров от себя. По мере того, как они выходили из порталов, я объединяла их силой Ноля, формируя отряд Янбань из видящих будущее.
Прямо передо мной оказалась девочка-подросток. С каштановыми волосами.
«Дина» Я повернула её голову, чтобы увидеть её лицо, и она, в свою очередь, увидела меня. Я видела себя в её глазах.
«Извини.»
«Ты — другая.»
Я почувствовала озноб.
«Некогда.» Я открыла портал и отослала её. Она была не нужна и… и я не могла даже произнести, почему я не могла оставить её здесь, хотя оставила бостонского горбуна из пятьдесят третьих и сумасшедшего злодея, которого выдернула из Монако.