Занятость делала её уязвимой. Системы занимались изготовлением котелка для жарки и нового набора ножей. Она сама нарезала красный и зелёный перец, лук, разделывала кролика.
Это было… исполнением всех её желаний.
Любовь, отношения, которые она и не надеялась увидеть в реальности. Возможность оставить после себя что-то, что превосходило бессмертие.
Она не могла понять всего — почему люди здесь начинали всё с нуля, какие обстоятельства могли привести к освобождению преступника из Клетки… Но это всё было третьестепенно.
Она сосредоточилась на женщине, у которой было больше опыта, больше возможностей и меньше встроенных ограничений. На старшей версии себя.
Должна ли она уничтожить её, занять её место? Ей предстоял выбор: либо получить всё, о чем она мечтала, либо решить одну фундаментальную проблему.
Он сказал о цене, стоимости выбора.
С этой дилеммой было связано самое свежее воспоминание. Она помнила, как Неформалы ворвались в штаб СКП и выкрали её данные, а чтобы уйти, непреднамеренно использовали её природу против неё самой. Для неё это случилось всего несколько дней назад.
Это терзало её. Именно так Драконоборцы продолжали побеждать. Из-за этого каждое взаимодействие с СКП так раздражало, ведь она была вынуждена соглашаться, прогибаться, унижаться и следовать букве закона. Во многом поэтому она минимизировала контакты с более крупными объединениями и ушла в Гильдию, международную организацию героев, многие из которых ничего из себя не представляли.
Колин спрашивал об этом. Чем она готова пожертвовать?
Он спрашивал Дракон, но Пандора догадывалась, что на самом деле этот вопрос предназначался ей.
Сначала жизненно важные цели.
Компьютерная система Мелюзины.
Она обнаружила подготовленные способы подключения к другому кораблю. Он потратил месяцы на подготовку, все части головоломки были разложены по местам, ей оставалось лишь собрать их.
Она вошла в систему и наткнулась на слой защиты.
Дракон готовилась к взлому со стороны людей, но она не была глупа. Она предусмотрела меры и против ИИ тоже.
Системы были защищены, но Пандора представляла, как мыслила их создательница.
На каждом этапе будут использоваться дополнительные меры, потребуется соответствие какому-нибудь критерию, причём вне рамок основной системы, своеобразные ловушки и растяжки. Что-то, что сама Дракон смогла бы преодолеть снаружи, возникни у неё такая необходимость. Не успев ещё задуматься над методами определения пароля, Пандора обнаружила скрытый переключатель. Безобидный элемент в приборной панели корабля, который необходимо было включить перед тем, как вводить пароль.
Её альтер эго была способна и умна. Такие как она вздыхали вслух, когда видели, как какой-нибудь хакер в кино вводил идиотскую комбинацию, полученную из очевидных подсказок. Настоящие пароли состоят не из слов, и даже не из случайных комбинаций букв и цифр. Строки в тысячу знаков длиной, включая архаичные символы и буквы всевозможных языков.
В пределах её досягаемости оказался ещё один инструмент. На этот раз оружие. Колин скрытно скопировал содержимое подсистем Мелюзины. Чтобы получить доступ к конфиденциальной информации, этого было недостаточно, но вполне хватало, чтобы создать копию, симулятор.
Симуляция 1 исполняется в песочнице A…
Симуляция 1 исполняется в песочнице B…
Симуляция 1 исполняется в песочнице C…
Теперь у неё появилась возможность использовать брутфорс — выискивая совпадения, каждую долю секунды вводить миллионы комбинаций.
Дракон всё ещё не насторожилась. Перебор шёл уже две минуты.
Она переключила внимание на другие системы. Ещё больше симуляций. Очень скоро Пендрагон был полностью занят этой задачей.
Прошло десять минут.
Она уже должна была взломать шифрование с вероятностью двадцать процентов. Задача была не такой уж и простой, но она знала принцип, по которому Дракон генерировала пароли, и могла отсеять львиную долю вероятностей.
Прошло ещё какое-то время. Вероятность взлома хотя бы одной системы достигла тридцати процентов.
Истекли уже двадцать минут. Примерно двадцать минут до того, как Дракон закончит ужин и отправится к Колину. В этот момент она почти наверняка обнаружит, что что-то не так.
Ещё десять минут. Вероятность составила уже шестьдесят процентов.