— Скорее всего, я не смогу остановить их, только отвлечь.
Учитель кивнул.
— Оборотень? — сказала Инженю. — Может быть, я знаю тебя под другим лицом?
— Я не был в Клетке, — ответил викинг. — Сатир.
— Очаровательно.
«Нимфа и сатир», — подумал Учитель, но отбросил эту мысль.
— Двое подходят ближе, — сказала женщина в белом.
— Хорошо, — ответил Учитель. — Подойди сюда.
Она выполнила указание. Он мог бы усилить её способности, разогнать, пожертвовав её личностью, но способности эти не представляли ничего особенного. Лучше ему будет помогать разумный человек, а не инвалид. Хорошо, что она была сломлена, когда они встретились. Благодаря этому она была более послушна, не потеряв своей полезности.
«Сейчас она даже счастливее», — подумал он. Она была потеряна, а теперь у неё есть цель. Пусть это даже его цель.
Едва закрепившиеся способности к предвидению было легче отменить. Он мысленно прикоснулся к бесчисленному количеству способностей, выстроенных в его сознании по столбцам и рядам.
Встречались затруднения, проблемы. Он мог даровать специальность в некоторой сфере деятельности, мастерство в заданной дисциплине. Именно так он нашёл экспертов, которые учили его, как бы это ни было иронично. Именно так он создавал технарей, выводя их мастерство далеко за привычные пределы теоретических познаний. Делая это со множеством людей и поручая им одно задание, он фактически сам неким окольным путём становился технарём. Существовала обратная сторона — ему требовались кадры, и конечное изделие отличалось низким уровнем надёжности, если только он не контролировал каждую ступень производства, и всё же он оставался технарём низкого уровня в любом прикладном направлении.
Кроме того, он мог даровать умственные способности. Силы восприятия, силы, которые позволяли оценивать будущее, а также особые формы гениальности, которые подчинялись иным законам.
Именно этот род сил он дал ей.
Драконьи Зубы подошли ближе. Они могли видеть сквозь стены, они обладали физической силой и прочностью, и они способны были выиграть бой благодаря компьютерным системам. Костюмы нельзя было взломать, и у них не было удобных уязвимых мест.
Он продолжал поддерживать контакт, и женщина в белом изменялась, её сила подстраивалась. Ясновидение. Способность на небольшой дистанции видеть всё насквозь.
Он закончил, вытащил из мантии записную книжку и протянул её женщине в белом.
— Рисуй карту. Обозначь людей и всё остальное, чего не было на чертежах, которые я тебе показывал.
Она принялась чертить, в тусклом свете лицо было всего в паре сантиметров от бумаги.
— Сидим в темноте в центре здания супергероев и к нам приближаются люди в бронированных костюмах, — заметила Инженю. — Кажется, я озабочена..
— Ты говорила, что не беспокоишься.
— Я беспокоюсь вовсе не из-за них. Я беспокоюсь, почему ты делаешь всё это ради меня. Ты ведь ожидал чего-то подобного.
— Да, ожидал.
— Значит, тебе нужна или я, или моя сила, или и то и другое. Настолько сильно, что ты готов пойти на этот риск.
— Слово «риск» предполагает, что результат не гарантирован.
— Результат никогда не гарантирован.
Он покачал головой:
— Возможно, два слова утешат твою тревогу.
— Два слова?
— Стокгольмский синдром.
— Когда заложники влюбляются в похитителей? Красавица и Чудовище, — сказала Инженю. — Мне всегда нравились фильмы про принцесс.
— Я даю людям силы, и мне кажется, в том, чтобы быть рабом, чтобы стать оцепеневшим, есть некая смиренная форма поклонения. Некоторые привязаны ко мне так же, как алкоголики привязаны к выпивке. В некотором роде тоже форма любви. В твоём случае, это практически защитный механизм.
— Защитный механизм? Я влюбляюсь в тебя, ты получаешь достоинства моей силы…
— Как правило, для твоих приятелей всё заканчивается плохо, — заметил Учитель. — Психоз или навязчивая идея. Нет. Я не ставлю целью подчинить тебя. Я хочу достичь чего-то противоположного.
— Тебе придётся пояснить, что ты имеешь ввиду.
— В своё время, — слегка улыбнулся он. — Сатир, готов? Ты помнишь план?
— У меня хорошая память, — кивнул Сатир.
— Давайте предстанем перед нашими оппонентами, — сказал Учитель.
Сатир кивнул. Его клоны вышли вперёд. Учитель держался сзади, подобрав с пола телепортационный диск.
Они направились прямиком к людям в бронированных костюмах. Здесь их было пятеро. Остальные были где-то поблизости.
— Прошу прощения, — заговорил Учитель.